Со своим уставом в испанский монастырь…

0

Со своим уставом в чужой монастырь не идём. Переписываем на испанский лад

  Несколько плодов оливкового дерева – обязательная и весьма приятная часть моего рациона (более ста полезных веществ, включая “витамины красоты”). А первым впечатлением Вашего покорного слуги от вкуса чёрных маслин было разочарование. Причина: меня никто не предупредил, а сливообразная внешность сформировала неверные органолептические ожидания. В итоге восприятие сработало так: “да это какая-то неправильная, совсем не вкусная слива”.

Всё было бы иначе, если бы мне кто-то перед дегустацией сказал, что оливки – это что-то между нашими солёными огурчиками и закуской к пиву… Море и пальмы не обманывают наших ожиданий и не разочаровывают нас, потому что в жизни они такие же, как на картинках и в мечтах. Но Испания и испанцы при взгляде на них из Андорры почти антипод той Испании и тех испанцев, что предстают перед нами при взоре со стороны Гибралтара.{more}
 

Предваряя тремя абзацами ценные наблюдения известного нашему постоянному читателю автора Алика Торева, коими он любезно поделился, хочу подчеркнуть, по-моему, главную мысль: чтобы не омрачить начало своей испанской жизни негативом, в частности, возможными неприятными впечатлениями об Испании, как о “какой-то неправильной России”, “малахольной Украине”, “Польше с придурью”, “Германии вверх тормашками” и так далее, постарайтесь заранее сформировать адекватные ожидания, и найти здесь приносящее позитив подтверждение других чаяний, увидеть древнюю Иберию как современную по-своему правильную Испанию. Как такое случается, нам рассказал Алик Торев:

Соотечественник, полагающий, будто большинство испанцев мечтают заработать миллион евро, чтобы бесшабашно тратить его на радость окружающим, нуждается в серьёзной коррекции восприятия реальности. Согласно традиционному испанскому менталитету, фантазии здешнего аборигена устремлены в строго противоположном направлении.

Я живу в Испании второй год и могу поделиться уже вторыми – уточнёнными – наблюдениями за складом испанского ума, так сказать, бесплатно предложить бета-версию. Зная, чем начинена голова испанца, жить здесь гораздо проще, увлекательнее и даже – без преувеличения – веселее. Порой вообще обхохочешься, глядя на них.

Наш отечественный менталитет, подключённый без специального адаптера к испанскому, увы, зачастую не просто ошибочно трактует реальность, а порою вовсе искажает её восприятие до неузнаваемости. Самый типичный пример. Знакомый Испанец (сосед, собутыльник, подрядчик и т.д.) якобы обещает Нашему Человеку встречу на завтра (mañana), а тот этому обещанию верит как несмышлёное дитя взрослому дяде. А потом ждёт полдня, не сходя с места и ломает голову, уж не обиделся ли на что-то испанец, коль носа не показывает? От этой отечественной доверчивости, живя в Испании, простите, лечиться надо.

Mañana, которое переводится с испанского на русский как “завтра” или “утро”, будучи произнесённым испанцем в быту, а не на языковых курсах, должно быть трактуемо не иначе, как “когда-нибудь потом, может быть, никогда”. Узнав об этой особенности испанцев от русских старожилов в Испании, я не поверил им, потому что это говорилось со смехом. Мне следовало бы заметить, что смех-то был совсем не весёлый, а больше похожий на нервный смешок – типичную реакцию на “чёрный юмор”.

Представляя теперь эту испанскую фишку неискушённым друзьям, я вижу, что и среди них многие не верят, мол, “не может быть!” А зря… Народная мудрость гласит: “в чужой монастырь со своим уставом не ходи!”. А я сам и мои соотечественники ходим, да ещё как! И тоже зря… Следовало бы прислушаться к полезному совету, даже при том, что формально католическая Испания в реальности отнюдь не монастырь. Особенно курортное побережье Средиземного Моря настолько далеко от какого-то строгого уклада жизни, что этот самый монастырский уклад находится на одном полюсе морали, а курортные нравы – на другом, противоположном.

Наверное, самое распространённое русское заблуждение об Испании связано именно с неадекватной оценкой близости к географическим полюсам. Если Вы продолжаете сбор сведений об Испании, будет очень полезно знать, что…

Простой пример не корректного подхода к Испании с отечественным аршином: на дворе только май или уже октябрь, а на испанских дорогах вокруг Нашего Человека плавится асфальт и даже воздух над ним, колеблясь, как бесцветное пламя невидимой свечи, лениво, вкривь и вкось преломляет горячие лучи. Видно как раскалённая атмосфера над линией горизонта шевелится. Кафельный пол подобен сковородке для грешников, на нём можно жарить яйца, а горячий чай хочется вылить на голову, как на перегретый двигатель, чтобы охладить мозги, потому что они уже плавятся.

Словом, ласковое испанское солнышко даже весной и осенью доводит рассматриваемого здесь Нашего Человека до полного изнеможения, переходящего в отвращение? Грубо говоря, дневное светило, оказывается, не заботливо согревает его, а пытает огнемётом? Всё ясно: это обычный промах в ожиданиях. Для россиян, выбирающих место жительства для переезда в Испанию, такая погрешность очень характерна.

Скорее всего, наш соотечественник, не соизмеряясь с географическими масштабами, небрежно сместил указательный палец на пару сантиметров вниз по карте Пиренейского полуострова и оказался на Берегу Солнца (Коста дель Соль – Costa del Sol) в Андалусии, где, например, сибирский тигр, преимущественно обитающий в снежных кедровых лесах, из-за почти экваториальной жары вряд ли долго протянет…

При взгляде на капельки пота, стекающие у объекта наших наблюдений по лицу с потухшими глазами, из глубин напичканного телевизионными образами сознания невольно всплывает ассоциация: выжженная до желтизны трава и потрескавшаяся земля. Ассоциация не далека от истины: генетическому россиянину, как и другим божьим созданьям из других широт, с руками или лапами, хорошо знакомыми с прикосновением к снегу, из-за полупустынного андалусийского климата крайне не комфортно живётся южнее испанского побережья Коста Бланка (Белый берег – Costa Blanca). Для нашего брата Коста Бланка в самый раз! Южнее – перебор. Дело не только в климате.

Я не спешил рассказать про жителей юга Испании, потому что и сами они там живут совсем неспешно, почти с презрением относясь к труду как таковому. Здесь Царство Лени. На весь город Малага, который считается лицом юга Испании, всего одно промышленное предприятие – обувная фабрика. Вести бизнес с южанами Нашему Человеку бесконечно трудно: они до крайности ленивы, не приучены выполнять свои обещания, а кургузая мотивация их скудных по счёту поступков попросту теряется в Нашей голове.

Доктор – психиатр для коррекции взаимопонимания нам не нужен, управимся своими силами, если мнение не стало убеждением, если отсутствие ключа к менталитету местного населения не слишком запущено.

Возвращаясь к испанцам, вовсе не мечтающим заработать миллион и потратить его на радость окружающим, открываю Вам тайну этого феномена, шитую белыми нитками: никогда, слышите, никогда нормальный испанец не мечтал работать и зарабатывать. Он, как и его прадеды, и как древние пращуры его прабабки, родился с генетической мечтой получить всё сразу: или завоевать чьи-то кладовые подобно средневековым конкистадорам, или выиграть сто миллионов в лотерею, или получить их по внезапному и бесспорному наследству, из-за которого не надо десяток лет слоняться по храмам правосудия, где мирно дремлют судьи с адвокатами и поверенными.

Истинный рай испанца выгладит совсем иначе, чем наш. Абориген появился на свет со стремлением прожигать жизнь напропалую не на радость, а на зависть всем знакомым, а также тем, кого он доселе в глаза не видывал, о ком слухом не слыхивал. При этом… он непременно попытается потратить самый-самый минимум или вообще насладиться жизнью за счет какого-нибудь иностранного туриста. Его, как скупого рыцаря, будет согревать осознание собственного богатства.

Побеседовав с соседом – южанином, Наш Человек поверил, что его испанский сосед спит и видит как будет чинно, благородно и достойно соседствовать с нашим земляком на радость обоим сторонам? Грубая ошибка! Выходец из здешних краёв всего лишь любит поговорить об этом. Если один сосед южанин признается по секрету другому соседу южанину, что пятно машинного масла на земле – результат его небрежности, вскоре откровенного болтуна навестит жирная сеньора из муниципальной полиции и оштрафует. Поделом! Не забывай, где живёшь!

Слова коренного андалусийца почти всегда расходятся с делом. Испанский холостяк любит поговорить о лелеемых в его душе грёзах про миг, когда встретит на все отпущенные ему богом дни земного бытия ту единственную женщину, которая всё изменит… Эти разговоры – не более, чем идеальная приправа для бесконечных амурных похождений, составляющих весь смысл и цель его жизни.

Показушная щедрость по отношению к иностранке, якобы, “будущей спутнице жизни”: рестораны, подарки, увлекательные экскурсии по экзотическим местам, – тоже преследуют единственную цель, – произвести благоприятное впечатление, добиться доверия и благорасположения с целью… исключительно потребительской.

К изложенным выше наброскам об усреднённом испанце, во многом перекликающимся с выводами книги “Эти странные испанцы” (Дрю Лоней, Англия), осталось добавить единственный наш отечественный штрих, чтобы у “отполировать” адекватные ожидания по отношении к здешним южанам:

Это фрагмент из любимого всеми нами “Белого солнца пустыни”, где невозмутимые, пребывающие в вечной дремоте аксакалы на все вопросы отвечают, будто из другой реальности: “Давно здесь сидим”. Таковы же и испанские южане, – формально они присутствуют здесь и сейчас, а где витают их мысли и души? Не берите на себя непосильный труд угадывания!

Если стоять на золотой середине средиземноморского побережья Испании, на Коста Бланке, лицом к волнующейся аквамариновой глади волн, то ленивые лживые южане будут коснеть в своём бесконечном полузабытьи по правую руку от нас, а по левую руку будет проявлять воинственную активность народ испанского севера, говорящий про Россию шаблонное “mucho frio” (холодно) и не имеющий представления о том, что юг и южане нашей страны отличаются от нашего севера и наших же северян, гораздо больше, чем испанец способен даже вообразить себе.

Чукча из Певека, внешне сильно отличающийся от типичного добродушного блондина славянина, по закалённой стойкости характера это вам не какой-то там баск с суровым нордическим (по испанским меркам) нравом, уже изрядно изъеденным западной цивилизацией, как молью. Чукча – это Чукча!

Ничто не создаётся так легко и не рушится так мучительно, как иллюзии. Потребуется много времени, чтобы втолковать каталонцу: в дорожный чемодан для деловой поездки в Певек (туристы там исключительная редкость) не следует даже в августе брать пляжные принадлежности и фонарик для ночных бдений, – там в эту пору вообще не бывает темно, летом в приполярных краях царит прохладный полярный день с белыми ночами.

До каталонца, астурианца или кантабрийца (жители севера Испании) не сразу дойдёт сквозь толщу закоренелых ошибочных представлений о диапазоне наших широт, что сами они расположены на земном шаре ближе с Северному полюсу, чем наш жаркий дагестанский Дербент, а наши аварцы, лезгины и лакцы тоже имеют не больше общего во внешности и в характере с типичными славянами, чем с кубическими роботами первых поколений. Унты, тюлени и оленьи упряжки югу России так же чужды, как и жителю Барселоны.

Этот краткий экскурс дал возможность взглянуть со стороны на нас в тот момент, когда мы ещё не готовы к адекватному восприятию Испании как объединённых короной монарха разных укладов жизни, разных погодных и социальных климатов.

Погода на севере Испании настолько близка и понятна Нашему Человеку, что не каждый из нас признает чувствительную разницу между ними. Лично я осенью езжу в Астуриас, чтобы побродить там по настоящим лесам, предаваясь тихой охоте на белые грибы, грузди и подосиновики, в поисках маслят, опят и подберезовиков. Люблю это дело!

Там, как и в наших родных лесах, всё это есть. Не карликовые, как на андалусийском юге Испании, заросли, а гектары и квадратные километры настоящих высоких деревьев, сбрасывающих листья на зиму, как в наших лесных краях, заснеженных низкотемпературной зимой и сухих на макушке лета.

Лично я считаю северную версию пиренейской зимы слякотной, и отдаю вполне объективное предпочтение Коста Бланке с её знаменитыми 300 солнечными днями в году. Но одна знакомая блондинка из Таллинна, по уши сытая сыростью, и потому перебравшаяся из Барселоны в Малагу, категорически против: Она настаивает на том, чтобы я для оценки степени промозглости Коста Бравы перезимовал в Эстонии.

Не имея обыкновения спорить с хорошенькими блондинками, обещаю ей как-нибудь скоротать холодное время года в Прибалтике при условии её благосклонного патронажа. Обещаю ей, что буду преследовать чисто исследвательские цели сравнения климата, без каких-либо побочных мыслей: без низменных и без возвышенных, без “левых” и без праведных. Она, делает вид, что верит в мой нейтралитет по отношению к её прелестям, но в Таллин со мной из Малаги пока не собирается.

По-настоящему выдающаяся достопримечательность Каталонии для Нашего Человека не тамошняя природа, а социальный климат и, в первую очередь, сами каталонцы, которые его создают и которые резонно обижаются, когда их называют испанцами. Громко признавая за ними несомненные преимущества, не характерные для остальных обитателей полуострова: трудолюбие, активную жизненную позицию, обязательность и изобретательность, я всё же вынужден вполголоса, между Нашими, поделиться и негативными впечатлениями, сравнивая жителей Бенидорма (Коста Бланка), где я живу, с коренным населением северной столицы, Барселоны, – увы, не в пользу последних.

Прожив почти полгода среди городского населения Каталонии, я почувствовал себя втянутым в какую-то странную недружелюбную игру “все против всех”. Ксенофобия (стойкая неприязнь к иностранцам) здесь зашкаливает, все инициативы по притеснению иммигрантского населения, взятые на вооружение ныне правящей Народной партией, идут из Барселоны.

Нас, иностранцев, там открыто не любят за то, что “понаехали”. Своих же испанцев, но южан, здесь не любят за лень. Всех остальных испанцев здесь не любят за то, что те говорят по-своему на официальном государственном языке, то есть, по-испански, а не на каталонском наречии, которое они гордо именуют самостоятельным языком. На все вопросы каталонские служащие отвечают на “каталане”, поэтому даже хорошо знающие основное и классическое – кастильское – наречие языка, в этой части Испании вынуждены учить ещё один “язык”, – местный. Иначе не выживешь и на работу никуда не устроишься.

Соседних северян из Страны Басков здесь недолюбливают за “выпендрёжь”, а соседей с верхнего этажа порицают за полное отсутствие врождённого такта и приобретённой воспитанности у их детей, которые “назло бегают и топают как лошади”… Все незнакомые прохожие фигурируют как подозреваемые в воровстве и грабежах. Ведь Барселона, действительно, претендент на мировое лидерство по карманным воришкам и уличным налётчикам.

Первым, с кем я поделился своими впечатлениями о Барселоне и окрестностях, был одессит, проживший в испанской северной столице больше десятка лет. Он подтвердил их, добавив в конце, как водится в столице юмора бывшего СССР, парочку анекдотов: “Я здесь прижился только потому у меня здесь старший брат и потому, что я, как Буба Касторский, родом из Одессы.

У каждого нормального каталонца – говорит он — в сердце нормальная одесская мечта: чтоб у соседа корова сдохла. Только у нас на Чёрном Море всеобщая хитрость и жадность уравновешиваются чувством юмора, а у аборигенов средиземноморья наблюдается дефицит этого благодатного чувства. Не удивительно, что один и тот же анекдот ходит по белу свету про известных на весь мир своей жадностью болгар из Габрово, про наших из Одессы и про каталонцев из Барселоны:
Парикмахер – клиенту:
— Напудрить вас?
— А пудра входит в стоимость бритья?
— Да.
— Тогда заверните пудру в бумажку, я отнесу ее жене.

Идеальное сочетание достоинств испанского климата с убежищем от трудно переносимых особенностей испанского характера – это побережье Коста Бланка: очень теплая, а не изнуряющая душная погода зимой и летом, не слишком ленивое, как на юге, и не радикально жадное, как на севере, коренное население, с которым и бизнес можно вести и бескорыстные добрососедские отношения поддерживать, если не питать иллюзий относительно сходства нашего менталитета с испанским и если держать разумную дистанцию.

На Коста Бланке сегодня прямо с утра жарко, но от этого у меня есть спасение: я ныряю в свой бассейн, а оттуда прямым ходом, не вытирая с тела спасительную влагу, и, чтобы не стряхнуть с себя ни капли, медленным шагом, плавным, как взмах крыльев альбатроса, иду в свой дом с включенным кондиционером, с прохладными диванными подушками и с покрытыми инеем высокими массивными стаканами, до краёв наполненными пузырящейся минеральной водой, в которой тонкие дольки лимона плавают между толстенькими шариками льда.

Повторить то же самое прохладное меню в Малаге блондинке из Таллинна не удаётся. Вода в бассейнах Андалусии почти горячая. Проделать освежающие процедуры в собственном водоёме в Барселоне нашему одесситу тоже не судьба. Маломальский дом с бассейном там стоит от полумиллиона евро, которых у моего приятеля пока нет. На пляж отлучаться некогда, потому что во имя заработка на приличный дом приходится в оба следить за каталонским подрядчиком. “Так хитёр, зараза, что что не успеешь отвернуться, как уже обдурили”.

Поэтому я живу на Коста Бланке и никуда не собираюсь, и друзей сюда же приглашаю. Скоро моим соседом будет еще один одессит. По секрету скажу Вам, что таким способом он решает серьёзную личную проблему: купив дом с бассейном в Испании, он вернул к себе жену, которая уходила от него к тому одесситу без бассейна, про которого я Вам уже рассказывал. Женщина, конечно, супер-секси, но по-моему, – бассейн это не надёжный способ овладевать предпочтениями дамы, ведь всегда может найтись тот, у кого бассейн побольше. Эффект от покупки дома может быть не долгим.

По-дружески делюсь с одесситом своей сентенцией о тщетности попыток навсегда присвоить красивую умную женщину, даже расстелив у её ног тверди и хляби испанской Коста Бланки, и слышу чисто одесский ответ: Видишь ли, Алик, не знаю какие у тебя планы на будущее, а я на этом свете не навсегда… История показала, что фараоны, которых хоронили вместе с золотом и жёнами, после погребения уже не могли насладиться ни богатством, ни женской любовью, даже мимолётной.

Авторы: Алик Торев, Николай Кузнецов, 2012 год

Оставьте комментарий

Ваше мнение важно для всех!