Демография. Что ждёт Испанию и всю Европу. Прогноз подтвердился: убыль

1
Хуже всего будет в Южной Европе – ее население сократится со 152 до 137 млн, несмотря на миграционный приток 4 млн. Испания, Португалия, Италия, Греция, бывшая Югославия уже сегодня быстро убывают.

Население Европы (здесь и далее без России, но с Прибалтикой, Украиной, Белоруссией и Молдовой) сократится с 601 до 574 млн, т.е. на 27 млн. И этом притом что миграционный прирост за 30 лет ожидается 21 млн. Хотя можно уверенно предполагать, что он будет больше. То есть, согласно прогнозу ООН, к 2050 году Европа потеряет около 50 млн человек, но почти половину из них заменят мигранты. Интересно, что расчет Накануне.RU 2016 года давал такой результат: население ЕС (а это 5/6 всей Европы) при ежегодном миграционном притоке 1 млн сократится к середине века на 23 млн. Поскольку ООН ожидает, что приток мигрантов будет чуть меньше, но рождаемость будет понемногу расти, то результаты обоих прогнозов примерно совпадают. То есть речь идет об убыли десятков миллионов европейцев. Кто их будет замещать? Ответ очевиден: африканцы и азиаты.

При этом в разных регионах Европы депопуляция будет идти разными темпами. Наиболее благополучной с точки зрения демографии будет Северная Европа. Здесь благодаря накопленному демографическому потенциалу и большей, чем в остальной Европе, рождаемости население вырастет со 106 до 115 млн, правда, весь прирост придется за счет миграции. Западная Европа сохранится на уровне 196-197 млн, но при миграционном притоке 10 млн, т.е. они компенсируют такую же убыль. Хуже всего будет в Южной Европе – ее население сократится со 152 до 137 млн, несмотря на миграционный приток 4 млн. Испания, Португалия, Италия, Греция, бывшая Югославия уже сегодня быстро убывают. Восточная Европа «ужмется» со 147 до 126 млн, и здесь ожидается, что миграция в целом будет нулевой – из бывших советских республик люди устремятся в Венгрию, Чехию, Польшу.

Как и в Северной Америке, бегство людей из села будет только усиливаться. Сегодня сельская местность в Европе убывает со скоростью 1% в год, а к середине века будет уже 2%. Это фантастически высокая скорость убывания, причем оно будет происходить во всех странах.

Ожидаемая продолжительность жизни (кроме стран Восточной Европы, где будет 79 лет) вырастет до 86 лет. Это будет очень старое население. Медианный возраст европейцев увеличится с 43 до 47 лет, причем в Южной Европе – до 53 лет! Половина южных европейцев будут почти или пенсионерами.

Лиц старше 65 лет в Европе будет 28% (прогноз Накануне.RU давал 26%, но рост продолжительности жизни эту долю увеличит), а старше 80 лет – 10%. То есть каждый десятый европеец будет старик за 80! В ряде стран этот процент будет еще выше. Кто будет за ними ухаживать и их содержать? Мигранты? А оно им надо? Быстро ухудшающаяся структура населения Европы в ближайшие десятилетия неизбежно преподнесет неприятные сюрпризы в части отношения к людям преклонного возраста.

Если говорить о трудоспособном населении 20-64 лет, то его доля сократится с 60% сегодня до 52% к 2050 году, т.е. с 360 до 298 млн. Это равносильно тому, как если бы такая страна, как Франция, населенная исключительно трудоспособными людьми, покинула Европу. И ставит под сомнение само существование экономического роста как такового. Ведь уже в последние годы рост европейской экономики имеет символическую величину. И в значительной степени это вызвано демографическими процессами.

«Европа вступила в фазу длительных низких темпов экономического роста», – отмечал профессор кафедры мировой и национальной экономики Всероссийской академии внешней торговли Минэкономразвития РФ Александр Бельчук.

Мишель Годе и Жан-Мишель Буссмар в работе «Европа-2050: демографический суицид и слабый экономический рост» указывают, что «славное тридцатилетие» 1945-1975 гг. не случайно совпало с демографической волной.

«У нас мало кто говорит о том, что рост производительности труда в 1950-1960-х годах шел вдвое-трое быстрее, чем в 1980-х и в последующие периоды, хотя в тот момент не было ни компьютеров, ни разговоров о технологической революции. В то же время рост экономики и производительности стабильно шел на спад в США, Европе и Японии с начала 1980-х годов. В этом и заключается компьютерный парадокс Роберта Солоу: компьютеры встречаются буквально на каждом шагу, но не в статистике производительности труда. Удивительно, но специалисты не заостряют внимание на связи между спадом роста экономики и старением населения развитых зон: США, Япония, Европа», – пишут Годе и Буссмар.

Профессор Массачусетского технологического института Роберт Солоу в 1987 году высказал мнение, что компьютеры проникли повсюду, кроме статистических данных по эффективности. Правота этой позиции (по крайней мере отчасти) очевидна. Годе и Буссмар пишут, что именно гипотеза о влиянии демографии на экономику позволяет объяснить тот факт, что увеличение производительности труда в 1950-1960-х годах шло в среднем в два раза быстрее, чем в 1980-1990-х гг., хотя в конце века компьютеризация усилилась. Сегодня она перешла в стадию цифровизации, но приводит ли она к росту производительности труда – большой вопрос. А вот то, что делает многих людей лишними, – это безусловно.

О связи экономики с демографией говорят такие цифры. В Европе демографический упадок начался раньше, чем в США. И с 1990-х годов экономика начала сдавать позиции по отношению к США, где показатель роста ВВП равнялся 2% в 1990-х годах, 1,5% до 2007 года и 1% после кризиса. В Европе речь шла о 1,7% в 1990-х годах, 1% с 2000 по 2007 год и 0,3% после 2008 года, напоминают Годе и Буссмар. Вряд ли это связано с технологическим фактором, поскольку Европа находится примерно на том же уровне технологического развития. Но этом может быть связано с так называемым демографическим мультипликатором, который обеспечивает платежеспособный спрос. И в США он все еще играет определенную роль, хотя и меньше, чем в 1960-х годах, но все же больше, чем в стареющей Европе.

«Экономисты не видят его, потому что не ищут. Как бы то ни было, такая гипотеза позволила бы объяснить расхождения в показателе ВВП на активное население в США и Европе с 2000-х гг. куда лучше, чем одно лишь отставание в сфере информационных технологий. Долгосрочный экономический рост развитых стран опирается на демографию: без людского капитала он начинает задыхаться. При показателе рождаемости в 1,5 ребенка на женщину в Европе в будущем окажется на треть меньше молодого активного населения, чем сейчас. Падение рождаемости для страны – то же самое, что спад инвестиций для предприятия: это позволяет на время улучшить финансовое положение ценой серьезных проблем в будущем», – подчеркивают Годе и Буссмар.

Они напоминают простую истину: семейная политика с упором на демографический рост является инвестицией в долгосрочную перспективу. Европейские же страны напоминают яблоневые сады, в которых деревья активно плодоносили 40 лет и начали стареть, однако никто не позаботился о том, чтобы подготовить новые саженцы.

В результате у Европы нет иного выхода, кроме постоянного завоза мигрантов. Интересен такой факт: единственной страной в мире, в которой за последние 5 лет произошло снижение медианного возраста населения, стала стареющая Германия. Этот парадоксальный на первый взгляд результат обеспечили миллионы молодых мигрантов из Азии и Африки, приехавшие в Германию. Официальные данные – 2,7 млн за 5 лет, но, по косвенным признакам, эти цифры в действительности могут быть больше.

Французский автор Жак Гийман пишет, что в докладе ООН «Альтернативная миграция – выход для стареющего населения?» отмечается, что для решения проблемы нехватки рабочих рук Евросоюзу требуется принимать не менее миллиона мигрантов ежегодно.

«Яйцеголовые экономисты уверены, что это решит проблему сохранения системы пенсионного обеспечения. Но они совершенно не думают о том, что столь мощное нашествие африканцев приведет вначале к конфликту культур, а затем и исчезновению европейской культуры под давлением культуры пришельцев», – прогнозирует он.

По его данным, Франция ежегодно тратит на содержание одного несовершеннолетнего беженца, проживающего без родителей, до 50 тыс. евро в год, а большинство африканцев, приезжающие учиться в университеты Франции – это около 60 тысяч человек, – не возвращаются домой, получив дипломы, а остаются во Франции. В то же время 90% иммигрантов не имеют вообще никакого диплома и квалификации и «едут не за знаниями, а в ожидании манны небесной, именуемой соцпособиями».

Стивен Смит в работе «Бегство в Европу» предлагает вкладываться в развитие экономики Африки, чтобы африканцы меньше ехали в Европу. Фактически это можно назвать откупом от африканцев. Он отмечает, что сегодня в Европе проживает около 9 млн африканцев, а в течение 20 лет их численность только в одной Испании может вырасти до этой цифры.

«Из-за противоречий между «приграничными» и «внутренними» странами, Евросоюз не сможет разработать эффективную систему распределения беженцев», – пишет Николай Кавешников в прошлогоднем «Прогнозе развития Европейского союза».

Сколько десятков миллионов арабов и других африканцев и азиатов переберутся в Европу – на этот счет существуют разные прогнозы и оценки. По данным американского Pew Research Center, к 2050 году в ЕС будет около 60 млн мусульман из менее чем 500 млн, причем львиная доля из них будет проживать в «старой Европе», где доля мусульман в ряде стран составит 15-20%. В 2016 году Накануне.RU рассчитало, что при миграционном притоке 1 млн в год к 2050 году в ЕС будут проживать 88 млн некоренного населения. Но не исключено, что приток будет и больше. Во всяком случае, средний прогноз ООН по миграционному притоку в Европу выглядит явно заниженным. Ясно одно: спасения у Европы уже нет.

Источник nakanune

1
Оставить комментарий

Екатерина

да… Европа, к сожалению, уже сама себя закопала… Африканцы и арабы будут только прибывать и прибывать…судя по всему, никто и не собирается ограничивать их приток…