ДетиИммиграцияНовостиСемьяЭкс-СССР
Главное

Иммиграция. Воссоединить семью, увы, не значит возродить её после разлуки

Наши в Испании: "Я хотела устроить жизнь"

Иммиграция вместо обустройства жизни ломает семьи, часто — бесповоротно. Оставив ребенка в возрасте четырех лет, вы воссоединяетесь с подростком, у которого язык не поворачивается назвать вас мамой. Реальные истории из реальной жизни.

Дорогие соотечественники! Две цитаты Русских Испанцев из нашего Практикума прежде, чем перейти к пересказу статьи в газете всех газет Испании Эль Паис:
— «Николай! У меня, оказывается, большая беда: когда приехали к нам в Испанию мои мама и папа, оказалось, что мой сын за 7 лет вообще практически перестал понимать по-русски, не только говорить, но и думать. Он рассуждает как испанец. Контакт между нами есть, а родственной связи нет…»

Иммиграция. Воссоединить семью, увы, не значит возродить её после разлуки
Иллюстрация к теме «Подростки»

А вот ещё:
— «Уважаемые форумчане! 14-летняя дочь, прожив 2 года в Испании, после каникул, проведённых в России, наотрез отказалась возвращаться в Барселону. В аэропорту заявила пограничнику, что её вывозят насильно. Нас не выпустили. Дорогой Николай, подскажите срочно, какие у меня права…»
Мой комментарий:
Россия — не Испания, родительских прав за этот инцидент не лишат. А что для Вас лично важнее по Вашей системе ценностей? Ситуация по-русски называется «на перепутье»:
1) Или быстро выбирайте между Испанией и дочерью.
2) Или постепенно уговаривайте её и совмещайте! Насильно вывозить за границу не только противозаконно, но и не по-человечески как-то.

Иммиграция. Воссоединить семью, увы, не значит возродить её после разлуки
Иллюстрация к теме «Подростки»

Эль Паис, Испания: Побочный вред от «иммиграции ради налаживания нормальной жизни»

Когда мать Елены (не настоящее имя) уезжала из своей страны, она попрощалась с шестилетней дочерью, купив ей мороженое. Сразу после этого она пошла на одну из самых больших жертв: переехала в Испанию одна, без ничего, чтобы найти работу и купить жильё, чтобы дать своей девочке более надежное будущее.

Ей это удалось через шесть лет, в 2022 году. Когда они снова встретились в аэропорту, Елена не смогла подойти к ней, она замерла, а ее бабушка, которая заботилась о ней все эти годы, подбадривала ее, чтобы она обняла ее. «Я была не в состоянии, я перестала воспринимать ее как свою мать», — искренне говорит девочка, которой сейчас 13 лет. Об этом пишет Патрисия Пейро (Patricia Peiró) для газеты Эль Паис (Испания).

В 2023 году Министерство иностранных дел Испании выдало 41 000 виз на воссоединение семьи. За этой процедурой почти всегда повторяется одна и та же картина. Первыми эмигрируют женщины, и им требуется в среднем шесть лет, чтобы привезти свои семьи, почти всегда детей, потому что отцы детей часто исчезают в этом долгом процессе. Обычно детей оставляют на попечение бабушек по материнской линии в стране происхождения. Процесс настолько длительный, что дети, которых женщины оставили младенцами или совсем маленькими, возвращаются к матерям уже подростками.

На этом пути к МАТЕРИАЛЬНОМУ БЛАГОПОЛУЧИЮ теряются годы совместной жизни…

…и общения друг с другом на том этапе, когда отношения между родителями и потомством являются определяющими на всю оставшуюся жизнь.

«Мы с мамой не разговаривали друг с другом, но не из-за плохого настроения, просто мы не знали, как относиться друг к другу. Так продолжалось восемь месяцев, в течение которых она много плакала, пока мне не пришло в голову начать оставлять ей записки по всему дому. Когда она увидела первую, то разразилась хохотом», — рассказывает Елена. Только через год после ее приезда они снова обнялись.

Эмоционально это понятно. Но простить — не значит забыть…

Девушка рассказывает о своем опыте в штаб-квартире ассоциации SEI в Памплоне, где действует уникальная для Испании программа, специально посвященная воссоединению родителей и детей и «миграционному синдрому» (duelo migratorio), как называют психологический процесс, переживаемый человеком, покидающим свою страну.

В комнатах ассоциации «воссоединённые» иммигрантские семьи впервые могут выразить словами, что значит снова жить вместе и чувствовать себя единым целым после долгих лет разлуки.

На одной из таких сессий 18-летний юноша впервые спросил свою мать, почему она так долго не забирала его, почему БРОСИЛА его. Его оставили на попечение бабушки в возрасте четырех лет — время, когда человек начинает дорожить воспоминаниями. Он снова увидел свою мать через 12 лет, в 2022 году. «Я так и не смог искренне назвать ее мамой», — говорит он. Однако для него было очень важно прочувствованно сказать : «Мама!»

С другой стороны, есть женщины, которые построили дом в чужой стране, наблюдая за своими детьми в течение нескольких минут через экран мобильного телефона в конце изнурительного рабочего дня. 50-летняя Нажежда в 2018 году оставила на родине своего 11-летнего сына, которого ей удалось привезти в Памплону в возрасте 17 лет.

За то время, пока она была одна в Испании, ее бывший муж, с её слов, настроил сына против нее, сказав, что она бросила его и не хочет брать с собой. Сын даже заблокировал ее в Whatsapp и несколько раз отказывался с ней разговаривать. Эти отказы пронзили ее как кинжал.

«Несмотря на то что я видела, что мои сообщения до него не доходят, я продолжала рассказывать ему о том, что я делала каждый день и что я чувствовала, пока он снова не начал нормально со мной разговаривать», — говорит Нажежда.

В ее случае в аэропорту тоже не было никаких эмоций и объятий. «Он вел себя по-дружески, но я чувствовала, что между нами есть стена. Сейчас речь идет о восстановлении доверия, но также и авторитета, — говорит она, — и все это в то время, как приходится работать по выходным и праздникам».

У Надежды юридическое образование, но в Испании она работала сиделкой для детей и пожилых людей. Ей приходилось сталкиваться с ужасными ситуациями, как, например, с ее первыми работодателями, которые запрещали ей садиться в машину со всей семьей и заставляли нести детские рюкзаки пешком.

К счастью, она хорошо подружилась с другой пожилой женщиной, на которую работала, и той понравилось, что Надежда читает ей вслух газеты. Во время чтения одной из газет она и узнала о SEI из новостной заметки.

«Пока мы не поговорили в помещении ассоциации, мой сын не понимал, как я жила все это время. Я рассказала ему, как на праздники я не выходила из дома, чтобы посмотреть на огни, потому что боялась, что полиция задержит меня в центре города для опознания и вышвырнет из страны», — говорит она.

Постепенно идут шаг за шагом, как в тот день, когда Надежда снова увидела во взрослом юноше того мальчика, которого она воспитывала до 11 лет. А было это так: они ужинали, и она встала из-за стола, чтобы выйти за чем-то на кухню, а когда она вернулась, ее сын спрятал свою тарелку. «Это была его давняя-давняя детская шутка», — пояснила она с улыбкой.

Есть шанс вернуть эту связь. Они – родные люди

«Существует возможность возобновить эту связь, иногда мы просто являемся мостом, чтобы вернуть ее к существованию. Это семьи, которые расколоты и которые нужно собрать заново», — объясняет Оския Азкарате, технический координатор ассоциации и семейный психотерапевт.

Эта программа родилась в государственной средней школе, которая в конце 1990-х годов начала замечать потребности и недостатки учеников-иммигрантов, которых становилось все больше в ее классах.

Они собрались сначала для проведения коррекционных занятий. Затем они перешли к программе, призванной помочь этим детям наладить социальные отношения в ключевой момент подросткового возраста. В 2010 году вместе с SEI они включили в эту программу семейную составляющую. «Сложность заключается не только в получении документов, но и во всем, что происходит после этого, в одиночестве, которое испытывают подростки и матери, и которое иногда выливается в гнев, если его не предотвратить», — говорит Азкарате. За последний год они помогли 233 семьям 33 разных национальностей.

Когда семейная жизнь восстанавливается, у этих женщин начинается другая жизнь, и они добавляют новую ответственность к своей и без того напряженной жизни. Анна, 34 года, с улыбкой на лице рассказывает о годах лишений, пока она наконец не смогла привезти своих детей в Испанию. «Мне пришлось заставить себя вернуться к привычному образу жизни. Раньше мне было все равно, готовлю ли я какую-то еду и хватает ли их на три дня, мне было дела до соблюдения режима дня. Если я видела предложение о работе во время отпуска, я соглашалась.

Я сомневалась, привыкнут ли дети к моему ритму жизни, а я к ихнему. Я постоянно звонила маме, чтобы спросить, что они любят есть или нормально ли то, что у них болит голова. Мне пришлось заново учиться быть матерью», — говорит Анна.

Когда она приехала в Памплону в 2019 году, она жила в одной комнате с тремя другими женщинами. Она оставила свою девочку в возрасте двух лет, а сына — в возрасте семи лет. Они также жили у бабушки и дедушки по материнской линии, потому что ее бывший партнер уехал в другую страну. Она вела с ним долгие переговоры, пока он не подписал бумаги, разрешающие переезд детей, и как только он это сделал, начался обратный отсчет: «Если они не уедут через месяц, придется начинать процесс заново».

На работе ей выделили деньги на оплату билетов на самолет, и босс лично проводил ее в аэропорт Мадрида 8 апреля 2023 года. Все вокруг знали, как сильно она страдала, когда рассталась со своими малышами. Она очень боялась, что они ее не узнают. «Но мама, неужели ты думала, что я не узнаю, кто ты?» — спрашивает ее сейчас маленькая дочь. «Конечно, я боялась, но, когда мы снова обнялись, я почувствовала, что связь между нами сохранилась», — отвечает она. В первую ночь они спали втроем в одной кровати.

Даже если связь между матерями и детьми вновь возникает во время воссоединения семьи, после этого приходится сталкиваться с повседневной жизнью. 16-летней иммигрантке пришлось нелегко, когда она приехала сюда в 2022 году. «Когда я приехала в Испанию, я морально чувствовала себя очень плохо. Я не хотела выходить из своей комнаты, не хотела есть и не ходила в школу. Так я провела несколько месяцев, пока летом, когда я смогла проводить больше времени с мамой, все не наладилось», — объясняет она.

В остальное время они проводят вместе дома всего два часа, потому что ее мама работает в гостиничном сервисе. Именно на встрече в ассоциации «синдром иммигранта» они высказали все, что столько лет оставалось невысказанным: «Мне казалось, что для моей мамы я не представляю собой ничего особенного и что я не так уж сильно скучала по ней все эти годы. Но в том разговоре я все поняла и попросила у нее прощения за то, что была плохой дочерью», — пишет Патрисия Пейро для газеты Эль Паис (Испания).

Николай

Один из постоянных авторов портала "Русская Испания", основанного им в 1998 году. Редактор "Практикума" вопросов и ответов.
Подписаться
Уведомление о
guest

1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Константин
Константин
17.04.2024 11:11

Здравствуйте, уважаемый Николай!
Вся надежда только на вас. У меня сложилась такая ситуация, что я уже живу здесь с 5-летней резиденцией, а ребёнка легализовать не получается. Прошение даже не принимают.

Я раньше на вашем сайте читал, как с вашей помощью решился похожий случай, но сейчас всё так изменилось, что ничего найти я не могу.

Очень прошу вас помогите найти тот случай или дайте совет с чего мне начать.

Back to top button
Close

Adblock Detected

У Вас включена блокировка рекламы. Мы работаем для Вас, пишем новости, собираем материал для статей, отвечаем на вопросы о жизни и легализации в Испании. Пожалуйста, выключите Adblock для нашего сайта и позвольте окупать наши затраты через рекламу.