Возьмут всех, потом разберутся: как Испания принимает стартапы с российскими корнями

0

Автор: Марина Дульнева, forbes.ru /
Испания намерена стать европейским лидером по объему инвестиций в стартапы или как минимум посоревноваться за первенство. Эксперты отмечают, что сейчас эта страна быстрее всего выдает стартап-визы, а некоторые из российских стартапов в этом году уже сюда перебрались. Forbes поговорил с их основателями, чтобы узнать, что им для этого пришлось сделать, в чем особенности испанского венчура и какие проблемы могут возникнуть с испанскими банками
Власти Испании утвердили стратегию поддержки предпринимательства до 2030 года. По планам Верховного комиссара по делам предпринимателей Франсиско Поло в течение 10 лет Испания станет главной страной материковой Европы по объему инвестиций в стартапы. По крайней мере, власти страны хотят сократить разрыв с Францией и Германией, уточняет он. Для этого планируется устранить разного рода бюрократические проволочки, улучшить правовую базу для инвестирования в стартапы, а также развивать фонд Next Tech, который будет заниматься инвестициями в рамках государственно-частного партнерства.

В декабре Конгресс Испании утвердил закон о стартапах, который стал частью реформ, направленных на улучшение делового климата в стране. Он предполагает меры для стимулирования привлечения инвестиций и квалифицированных специалистов. В законе прописано, что под стартапом понимается частная компания не старше пяти лет (или семи, в случае если эта компания из областей биотехнологий, энергетики или промышленности). Поло объяснял, что такие параметры были установлены исходя из того, что до момента, как стартап разорится или будет куплен другой компанией, в среднем проходит от трех до пяти лет. В Испании средняя продолжительность жизни стартапа, по его словам, составляет 2,7 года. Благодаря этому закону стартапы получили налоговые льготы: ставку по налогу на прибыль снизили с 25% до 15%. Этими льготами смогут воспользоваться инновационные компании, которые зарегистрированы в Испании, не менее 60% сотрудников должны быть наняты на территории страны, а выручка не должна превышать €10 млн.

Ожидается, что закон начнет действовать в следующем году. «Когда люди ощутят его на себе — непонятно. Я думаю, что с учетом размеров бюрократической машины, которую надо раскатать, мы какие-то эффекты увидим не раньше лета или даже конца года. К нему нужно будет принять еще кучу подзаконных актов, и сам закон будут принимать в окончательной редакции в январе-феврале. Но это хороший знак, он показывает, что программа по привлечению стартапов будет работать, и они на это делают ставку», — говорит основатель компании Relocode Михаил Мижинский.

Кому дают стартап-визы
Стартап-визу Испании могут получить иностранные фаундеры, которые хотят развивать полезный для экономики страны инновационный бизнес с потенциалом к росту. Предприниматели должны подать заявку в Министерство экономики, приложив к ней подробный бизнес-план и описание опыта команды, которая будет работать над проектом. В случае одобрения фаундеры и их семьи получат ВНЖ Испании на два года. «Проекты должны быть направлены на растущий рынок, применять перспективную технологию. По большому счету, если это IT, то это подходит практически всегда. Кстати, стартапы на уровне идеи вполне пускают, если у команды есть опыт, который позволяет верить, что она сможет эту идею реализовать», — уточнил Мижинский.

Он отметил, что Испания сейчас — самая быстрая страна по выдаче стартап-виз, если не считать Финляндию: испанскую стартап-визу могут выдать за два месяца. По его словам, национальные приоритеты Испании с точки зрения бизнеса не описаны четко. «Такое ощущение, что берут всех, кто хоть как-то связан с IT, новыми технологиями, биотехом или чем-то подобным. Кажется, что испанцы решили: «Давайте загребем сейчас как можно больше людей, которые, может быть, нам что-то создадут, а потом разберемся». И это делают не только испанцы. Судя по всему, Великобритания и Франция тоже включились в гонку: кто заберет себе больше из потока уезжающих из России», — предполагает Мижинский.

«В этом году, насколько я знаю, резко увеличился поток тех, кто подает на стартап-визу, при этом процент одобрения не уменьшился (в сообществах стартапов принято считать, что здесь очень высокий процент одобрения). Но сейчас немного увеличились сроки рассмотрения. Раньше рассматривали строго за 20 рабочих дней, а сейчас — дольше», — рассказала Анна Беломестнова, соучредитель образовательной онлайн-платформы для глобальных технологических предпринимателей Gatelead. В этом году проект получил одобрение на стартап-визы и в Испании, и во Франции. Количество заявок увеличилось по нескольким причинам, объясняет Мижинский. «Во-первых, фактически перестали работать визы для финансово-независимых, no lucrativa, по которым раньше многие сюда ехали. Во-вторых, инвесторские визы с российскими паспортами тоже стали практически недоступны — многие из этих людей пошли по линии стартап-виз. При этом все наши данные говорят, что количество отказов по ним очень сильно снизилось, — у нас 99% положительных решений, такого не было никогда», — говорит он.

«Чтобы адаптировать свой проект для определенной страны, важно понимать требования тех институтов, которые будут проверять ваши документы, — рассказывает Беломестнова. — Например, в Испании нужно готовить полноценный бизнес-план, расписывать бизнес-модель. Его рассматривают в Министерстве экономики». Она отмечает, что в Испании больше времени уходит на то, чтобы разработать бизнес-план, но в итоге нужно проходить гораздо меньше этапов, чем во Франции, где проекты сначала должны оценивать специальные аккредитованные акселераторы. В Испании, по ее словам, можно уложиться в три месяца.

Структура бизнес-плана, говорит предпринимательница, достаточно стандартная, бизнес-план Gatelead занял около 50 страниц. «Ключевые моменты, которые ищут в бизнес-плане, — это технологическая инновационная составляющая и потенциал к масштабированию. Нужно показать понимание, как, сколько и откуда вы будете привлекать деньги, каковы ключевые параметры стартапа: модель оплаты, количество пользователей, цена на пользователя», — говорит Беломестнова.

Кроме того, важно отразить в документе, как компания будет развиваться и нанимать персонал в перспективе пяти лет — каких именно специалистов, желательно, чтобы они были высококвалифицированными, уточнила Беломестнова. «Фактически вам нужно объяснить, для чего стартап нужен испанской экономике: во-первых, для экономического роста, а во-вторых — для рабочих мест. Эти моменты должны быть четко показаны», — пояснила она.

Нужно приложить к плану и резюме фаундеров, каждый из них должен быть логически связан с проектом и иметь необходимые компетенции. «Проектом должна заниматься команда с определенным опытом: например, один фаундер больше специалист по финансам, другой — по маркетингу или бизнес-девелопменту, третий — технический специалист. Все должно быть сбалансировано и подтверждать, что именно эта команда сможет эффективно реализовать проект», — говорит Беломестнова. Она добавила, что важную роль играют и качественные профили в LinkedIn. «Нужно пересмотреть свой профиль с точки зрения этого проекта, потому что профили совершенно точно просматривают и проверяют», — отметила она. С этим мнением согласна и Ольга Горецкая, соучредитель финтех-проекта Unikapay, который получил одобрение испанских властей этим летом. Она поддержала и тезис о том, что большую роль играет описание сработанности команды и взаимодополняемость компетенций: «Трех директоров, среди которых нет ни одного технического специалиста, не пропустят».

Горецкая отметила, что при рассмотрении документов преимущество может дать сотрудничество с университетами или научная деятельность фаундеров, а также знание испанского языка. Бизнес-план Unikapay занял 93 страницы вместе с рекомендациями и патентами. «Обязательно нужно письмо хотя бы одного европейского инвестора о том, что он готов вложить в проект средства, рекомендации или LOI (letter of intent, письмо о намерениях. — Forbes), желательно от крупных испанских компаний и университетов», — добавила Горецкая. Любые подтверждения связей с испанской экономикой — плюс, но не главное, считает Мижинский. «Главное — это уровень вашей команды и насколько внятно написан бизнес-план. От того, как вы обосновали важность и ценность своего проекта для испанской экономики, зависит скорость рассмотрения и вероятность отказа», — отметил он.

В целом, по словам Горецкой, у всех европейских стран похожие требования к бизнес-плану: «Самое главное — анализ экономического ландшафта страны и отрасли, как продукт поспособствует ее развитию в конкретной стране. Также важна технологическая новизна. Тут чем больше про искусственный интеллект, машинное обучение, Big data и инновационность — тем лучше. Также интересны экология, возобновляемая энергия и ESG (ответственное экологическое, социальное и корпоративное управление. — Forbes)», — говорит Горецкая.

В этом году одобрение в Испании получил и сервис Revealbot, который автоматизирует различные процессы, связанные с рекламой, например запуск и управление рекламными кампаниями. Работа над ним началась еще в 2016 году, а запускался проект в стартап-акселераторе Starta Accelerator в Нью-Йорке. Его основатель Михаил Трофимов рассказал, что для подачи документов в испанское Министерство экономики в проект не пришлось вносить серьезных изменений. «Мы изначально работали как американская компания, в бизнес-плане описывали наш текущий бизнес, так как у нас изначально международный продукт, мы сказали, что хотим открыть представительство в Европе и активнее развивать европейскую часть бизнеса», — говорит предприниматель.

Быстрее, проще и дешевле
«Испания показалась нам единственным вариантом, который позволял в обозримом будущем получить ВНЖ. Еще она хороша тем, что все документы можно подать, находясь в стране. Мы сделали шенгенскую визу, прилетели в Испанию и спокойно легально здесь жили и дожидались решения. Мы подали все документы в июле, а одобрение пришло в октябре», — вспоминает Трофимов.

Беломестнова отметила, что Испания привлекательна и с точки зрения скорости и простоты процесса. «Мы начинали процесс в конце февраля — начале марта: собрали команду, обсудили, какие проекты выводить на европейские рынки, как адаптировать проект, который у нас есть. Какое-то время ушло на подготовку питча для Франции и бизнес-плана для Испании, решение бытовых вопросов. Фактически одобрение во Франции мы получили в июне, в этом же месяце мы подались в Испанию и получили одобрение в сентябре», — рассказывает предпринимательница. По сравнению, например, с Великобританией процесс в Испании более предсказуемый и не такой дорогой. «В Великобритании надо оплачивать местный акселератор, плюс там больше получают одобрение проекты в определенных сегментах — насколько я поняла, они очень любят финтех, и на более поздней стадии. Проектам, которые ближе к стадии идеи и которым сложно продемонстрировать MVP, лучше пока поработать и податься в Великобританию попозже», — рекомендует Беломестнова.

Она отметила, что «не теряет из вида» США и Канаду, но в этих странах процесс сложнее. «В нашей ситуации важны были скорость и стоимость проживания в стране, пока решаются вопросы с одобрением и бытовые задачи. Пока мы не ведем экономическую деятельность, мы тратим деньги, и за этим нужно следить. Через год посмотрим, что получается, какие есть варианты и куда дальше развиваться», — говорит она.

Тот факт, что в Испании нет требования проходить акселерацию, по мнению Горецкой, можно расценивать и как плюс, и как минус. Если правильно выбрать акселератор, он поможет проекту развиваться, а также разбираться с документами и с проведением пилотных тестирований продукта, но вместе с тем это лишние затраты и обязательство развивать именно тот проект, который указан в заявке. Все основатели должны делать один проект как минимум полгода-год, добавила она. Задачей фаундеров Unikapay было перевезти рабочий проект из России, «потому что рынок ряда европейских стран существенно больше». «В Испанию, нужно признаться, мы подавались походя, так как решили, что готовить документы для одной страны слишком трудозатратно и надо как-то диверсифицировать свои ставки», — пояснила Горецкая.

Параллельно с Испанией фаундеры Unikapay подавали заявку в Португалию. Горецкая отметила, что в Испании все процессы идут «гораздо бодрее и с более понятной обратной связью», а высокие налоги Испании (в стране действует прогрессивная шкала налогообложения) оказались примерно в два раза меньше, чем налоги на сотрудников в Португалии. «В Португалии мы три раза подавали документы: то справки о несудимости просрочены, то «у вас работающее юрлицо в России с огромным оборотом и почему-то без выручки, а подавайтесь, пожалуй, заново — как проект с нуля». Закончилось все тем, что, когда нам одобрили заявку, об этом не пришло уведомление на email. И мы не знали об этом пять месяцев. А в Португалии с того момента, как оно приходит, есть 40 дней, чтобы заключить договор с акселератором. В общем, так оно и протухло, это одобрение», — жалуется Горецкая.

Лучшие города для экспатов и сложности с банками
«Вокруг Барселоны, Валенсии и Мадрида организуется комьюнити, мы обсуждаем возможности взаимодействия, люди помогают друг с другу разбираться с документами — делают инструкции, разъясняют отдельные вопросы, которые возникают: вопросы с недвижимостью, транспортом, коворкингами», — рассказала Беломестнова. В 2022 году сразу два испанских города вошли в пятерку лучших мест для экспатов по версии рейтинга InterNations. Валенсия возглавила список, а Мадрид занял пятую строчку.

Для подачи заявки на ВНЖ нужно было иметь деньги на счете в испанском банке, говорит Трофимов: «У нас с этим не было проблем, так как у нас американская компания, нам не приходилось заниматься выводом денег из России в Европу». Минимальная сумма на счете для кофаундера составляет €16 400 на одного человека, €24 600 — на двух супругов и €33 000 — если в семье есть один ребенок. По словам Мижинского, могут принять заявку на ВНЖ также со счетом в другой стране ЕС, Швейцарии, США и еще в некоторых странах.

Горецкая отметила, что для подачи заявления на ВНЖ также потребуется подтверждение въезда в страну, но если вы влетели из страны Шенгена, то в аэропорту нужно найти офис полиции и выписать подтверждающий документ о прилете. Кроме того, в первую очередь нужно получить испанский налоговый номер (NIE), который в Испании выдает специальная полиция для иностранцев. «Разумеется, для всего этого существует электронная очередь. Без назначенной встречи вас никто не будет консультировать, даже на порог не пустят», — предупредила она, уточнив, что обычно получить NIE можно в течение двух недель.

Для оплаты большинства пошлин требуется личное присутствие в стране, говорит Горецкая: «С учетом того, что банки работают на прием оплат не от клиентов два дня в неделю, с 10:00 до 12:00, а карточки, например, принимают только до 11:00, а после — только наличные, или наоборот, на оплату госпошлины я бы закладывала пару дней».

«Обольщаться, что кто-то во всех этих ведомствах говорит по-английски (если это не многомиллионный город), не стоит. Ну и испанские банки — это отдельная песня. Во-первых, ограничения для русских действительно есть, и без ВНЖ открыть счет практически невозможно. Счета блокируют часто. И придется купить страховку — банки в сговоре со страховыми, и неожиданно вы узнаете, чтобы открыть счет на ИП, вам нужно застраховать его деятельность», — рассказывает Горецкая. По ее информации, о случаях блокировки счетов рассказывали клиенты банков Santander и Sabadell. Сейчас счета россиянам открывает банк BBVA, но только при наличии ВНЖ и с согласия главного менеджера отделения, уточнила предпринимательница. Информацию о BBVA подтвердила и Беломестнова. «В остальных банках открыть счет нерезиденту будет сложно, только по хорошей рекомендации, и если менеджер захочет», — отметила она. В целом правило «если менеджер захочет» позволяет некоторым россиянам открывать счета в банках даже по шенгенским визам, говорят предприниматели.

Беломестнова говорит, что встречает много информации о проблемах с банками: что блокируют переводы, деньги застревают и нужно много документов для обоснования средств. Однако команда Gatelead с такими трудностями не сталкивалась: менеджеру банка было достаточно устного объяснения источника возникновения денег. «Я предложила предоставить копии, мне сказали, что ничего не надо. Но у других были случаи, когда запрашивали», — рассказала Беломестнова. Однако она уточнила, что в ее случае у менеджера «был цейтнот перед отпуском». Возможно, такой подход был связан с этим. Обычно же банки требуют обоснование источника средств — это может быть зарплата, доход ИП, продажа активов, наследство.

«Единственное, немножко медленно работают официальные испанские переводчики и постоянно все забывают — им нужно напоминать. Меня скорее удивило, что все очень доброжелательно, четко и понятно. Изначально я думала, что в Испании все по-другому — что там все медленные, необязательные. Но по крайней мере в том, что связано со стартап-визами, все хорошо и четко работает», — добавила она.

Горецкая отмечает, что медленно работают также юристы и бухгалтеры: «И юристов, и бухгалтеров я бы советовала нанимать каких угодно, только не испанских, или же сильно загодя».

Если проект не взлетит
Контроля за работой стартапа в Испании после получения одобрения фактически нет, так как все понимают, что вероятность выживания стартапа невысокая и все зависит от разных факторов, говорит Беломестнова. Контроль, по ее словам, происходит на этапе продления ВНЖ через два года.

«При продлении ВНЖ у человека возникает развилка: либо продлевать ВНЖ в качестве основателя того же стартапа, и тогда нужно показать прогресс, предоставить обновленный бизнес-план, должна быть зарегистрирована организация, нужно показать деятельность в зависимости от типа стартапа», — пояснила она. Если проект работает над научным продуктом, то, например, могут проводиться клинические исследования, а показывать экономическую деятельность ему может быть не обязательно, добавляет предприниматель. «Если это какое-то приложение или платформа, тем более если в бизнес-плане были запланированы первые продажи, то нужно показать, что уже было сделано. Может быть, как-то изменился подход — мог измениться продукт, фаундеры могли сделать пивот (изменение направления и бизнес-модели стартапа. — Forbes)», — рассуждает Беломестнова.

Вторая опция, которая есть у человека, — просто устроиться на работу, говорит она. «Этот тип ВНЖ дает право на работу. Или вы можете просто основать традиционный бизнес — открыть ресторан, кафе или агентство недвижимости — и потом уже подать на продление, выбрав другой тип ВНЖ: либо как человек, который ведет бизнес в Испании (ВНЖ предпринимателя), либо как человек, который получает зарплату в Испании (ВНЖ специалиста). Страна считает, что важно привлекать предпринимателей и людей, которые занимаются разработкой технологий. Но даже если квалифицированные специалисты не смогут развить свой стартап, но смогут устроиться на работу, то это все равно большой плюс для экономики страны», — объясняет Беломестнова.

За пределами Испании получить ВНЖ предпринимателя невозможно: классическому традиционному бизнесу — ресторанам, гостиницам, прокатам автомобилей — всегда было тяжело переезжать, отметил Мижинский. «Конкуренция никому не нужна. Но за этим строго следят на входе, а когда человек уже внутри, на это не смотрят. Например, вам дали стартап-визу на два года. У вас стартап не пошел. Вы открываете свою компанию или регистрируетесь как ИП, получаете белый доход, платите налоги и потом говорите, что вы тут уже работаете. Никогда в жизни никто не будет выгонять ни одного налогоплательщика», — говорит Мижинский.

«Важно, чтобы ты приносил пользу обществу, не нахлебничал и платил налоги. Можно открыть ИП и на этом основании подать на ВНЖ предпринимателя. Подача документов совершается удаленно через электронную подпись, которую можно оформить при наличии NIE и специального кода. Весь процесс очень прозрачен и хорошо автоматизирован», — отметила Горецкая.

Беломестнова предполагает, что в дальнейшем Gatelead, возможно, пойдет в акселератор, который «поможет встроиться в местную бизнес-тусовку», а также будет изучать возможность привлечь финансирование. В этом отношении во Франции проще, потому что на стартапы выделяется большой объем государственных грантов по упрощенной процедуре, отметила она. Однако, говорит предпринимательница, чтобы дойти до возможности подать заявку на эти гранты, нужно пройти очень много бюрократических трудностей. «В Испании сейчас активно идет общение внутри сообщества русскоязычных фаундеров — может быть, появятся возможности и там. Так что пока мы идем в двух странах параллельно. Изначально у меня была такая стратегия, что важно идти одновременно по нескольким направлениям, так как всегда есть вероятность, что по какому-то из них двигаться не получится», — пояснила Беломестнова.

Она также добавила, что вместе с коллегами работает над проектом «Стартап виза Испания» (на данный момент это группа чатов в Telegram. — Forbes). «У нас с ребятами из этого чата возникла идея создать акселератор, который помогает войти на рынок, сейчас мы налаживаем контакты с местными бизнес-ассоциациями, властями, а также ищем возможности привлечения финансирования, в том числе грантов (как от Испании и местных акселераторов, так и от европейских властей). Кроме того, мы знакомимся с университетами — это очень хороший источник ресурсов, так как стартапы заинтересованы в молодых специалистах», — отметила Беломестнова. В марте она и ее коллеги по этому проекту планируют открыть коворкинг в Валенсии и в ближайшее время запустить первый поток акселератора, в котором, как ожидается, будет примерно 20-40 проектов.

Revealbot планирует снять в Испании офис и взаимодействовать с местным комьюнити. Трофимов отметил, что компания практически с момента основания работает в дистанционном режиме, но планирует помочь с релокацией в Испанию всем сотрудникам, которым это подходит. В команде Revealbot около 30 человек, из которых в России пока остаются примерно пятеро, уточнил он.

«Вообще одна из первых вещей, о которой узнаешь в Евросоюзе, — это то, что никакого Евросоюза нет. Португальские фонды инвестируют в португальские стартапы, испанские — в испанские, и даже Еврокомиссия имеет своих представителей в разных странах, и меры поддержки в них не совпадают. Место инкорпорации компании имеет важное значение не только для налогов», — говорит Горецкая.

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Продолжая просмотр сайта, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie. Принять Подробнее