Русские Испанцы должны знать. 80 лет назад началась гажданская война

0

Эта война заворожила всех. Руководство мировых держав видело в ней территорию для реализации своих стратегических интересов, военные элиты — полигон для обкатки новейшего вооружения, политэмигранты взращивали на кровавых испанских полях реванш за утрату Родины… 

 
► Слушать историческую справку о том же  на Русской Испании  

Поэты и музыканты, массово приезжавшие сюда добровольцами, черпали опасное вдохновение. СССР помогал «красным»-республиканцам, Германия — «белым»-франкистам.

Романтики и прагматики от большой политики, от военного искусства, от литературы — все они, как казалось, жили этим грандиозным конфликтом. Жили и часто умирали.

Ровно 80 лет назад, 18 июля 1936 г., в Испании началась гражданская война. Sobre toda Espa ña el cielo est á despejado («Над всей Испанией безоблачное небо») — такова легендарная кодовая фраза, якобы ставшая сигналом к началу бойни.

…И вспоминаются слова Кати Татариновой, героини знаменитого романа «Два капитана» Вениамина КАВЕРИНА: «…Где-то за тысячи километров, в горах Гвадаррамы, идут бои, истыканная флажками карта висит над моим ночным столиком, Испания, далёкая и таинственная, Испания Хосе Диаса и Долорес Ибаррури становится близка, как улица, на которой я провела своё детство… Где-то мой Саня?» Как и книжный Саня Григорьев, сотни советских лётчиков, танкистов, связистов, военспецов и переводчиков отправились на далёкий Пиренейский полу­остров. В их числе — и саратовцы, например, командир истребительной группы лётчиков-добровольцев Сергей ТАРХОВ, чьим именем ныне названа улица в нашем городе.

Конечно, стремление тысяч людей из разных стран попасть на театр испанской войны глупо объяснять одной «военной романтикой с элементами экзотики». Это был кровавый, жестокий конфликт, унесший, по различным оценкам, до полумиллиона жизней. В хитросплетениях далёкой гражданской войны в Испании 1936-1939 гг. «МК» в Саратове» помог разобраться известный саратовский историк, доцент СГУ Денис КРЕЛЕНКО, в сфере научных интересов которого много лет находятся история Испании и военная история XX в.

Испанский «мёд» и гибельные «пчёлы»
Небольшая преамбула для тех, кто не совсем в теме. В 1931-м в Испании свергли короля АЛЬФОНСО XIII и провозгласили республику. Как и многие новорождённые государственные образования, Испанская республика начала своё существование массовыми беспорядками, смятением и крахом идеалов в обществе, захватом и разгромом жизнеспособных промышленных предприятий. Уничтожением церквей. Массовыми убийствами неугодных и невписавшихся. Масштабным экономическим и мировоззренческим кризисом. В общем, для российской истории, знававшей времена и много горше, — ничего нового…

Вся эта политическая и общественная каша, заваренная республиканцами, не могла кипеть и пузыриться вечно — она хлынула через край, а потом лопнул и сам котёл… 18 июля 1936 г. против республики массово выступили военные гарнизоны. Мятежников некоторое время спустя возглавил генерал Франсиско ФРАНКО. Война практически сразу же перестала быть чисто внутрииспанским конфликтом: в страну хлынули волны добровольцев-интернационалистов.

— Денис Михайлович, в чём причины такого колоссального внимания в мире к войне в Испании? Тот же СССР двинул в Испанию сливки — дипломатические (АНТОНОВ-ОВСЕЕНКО), военные (Дмитрий ПАВЛОВ), журналистские (Михаил КОЛЬЦОВ) и так далее. Вмешалась Германия, вмешалась Италия, приехал в осаждённый франкистами Мадрид сам Эрнест ХЕМИНГУЭЙ. Каким там испанским мёдом было намазано, что все так слетались?

— Иберийский полуостров — важнейший геополитический перекрёсток атлантисткого пространства. Это своего рода дорожная развязка, выводящая желающих в Средиземноморье и Северную Африку на просторы центральной и северной Атлантики, а равно позиция, с которой перечисленные трассы легко блокируются. Для тех, кто намеревается оспорить привычную геополитическую модель функционирования цивилизации, контроль над полуостровом обязателен. Отсюда и обилие «пчёл в испанском улье».

В 30-е ситуация усугублялась тем, что, помимо стратегического моделирования, Испания предоставляла простор для социального. Измученный перманентным социально-экономическим кризисом народ, живущий в стране «без пульса», превратился в идеальный материал для социальных экспериментов. Как следствие, ряды функционеров от геополитики основательно пополнили преобразователи социальных структур. Всё вышеперечисленное — верный путь к национальной трагедии, каковая окончательно оформилась к лету 1936 г. В свою очередь чужие проблемы влекут толпы любопытствующих праздных и не очень, чьи советы и действия быстро превращают беду в катастрофу. Как раз так и случилось в Испании.

Добавим к числу направленный волей своих правительств изрядный поток лиц, занесённых на полуостров конъюнктурой догуливавшего в Европе мирового экономического кризиса, и получим окончательную картину формирования взрывоопасной интернациональной смеси, способной разрушить любое общество. В данном контексте как раз представители советской элиты, сдававшие испанский экзамен на профпригодность, выступали наименьшим из зол. Их задачей было не сокрушение давно рухнувших социальных структур, но создание новой системы упорядоченного общества. Экзамен, однако, сдали не все. Многих повлекла давно утраченная в СССР возможность политиканствовать, иных сгубил напоённый ароматами цитрусовых воздух свободы, провоцировавший негу и леность.

Кстати, и с Хемингуэем не всё так однозначно. «Старина Хэм», помимо писательского таланта, обладал экстраординарным умением своевременно оказываться именно там, где сплетаются геополитические узлы. Что наводит на мысли о квалифицированных консультациях из компетентных источников, ценящих литераторскую наблюдательность и общительность.

— В конечном итоге, как известно, победил Франко. Сыграло свою роль единство в рядах его сторонников, в то время как республиканцев сгубили межпартийная грызня и всё это дробление на синдикалистов, коммунистов, троцкистов?..

— В условиях краха мировоззренческих стандартов и разноголосицы прожектёрских идей Франко и ему подобные, как утопающие за соломинку, ухватились за набор консервативных ценностей семьи, родины и веры. Это помогло сформулировать простой, понятный, а главное, привычный моральный кодекс, не требовавший политических дискуссий. В числе консервативных ценностей значился этатизм (государственничество), ставший стержнем традиционалистской идеологии. Именно государство «правые» и культивировали в ходе войны. Политиканствующих прожектёров при этом приструнили решительно.

Ставка оказалась верной. Большинство закономерно предпочло упорядоченное хаотичному, и победа досталась национал-традиционалистам.

Республиканцы при всём благородстве своих намерений не оценили тяги людей к стабильности и порядку. В их лагере царила тяга к лихим экспериментам и политиканству. Попытки советских делегатов применить старый добрый славянский демократический централизм встречали ожесточённое сопротивление поборников конкурентной западной демократии. В результате партии, подчинившие себе сегменты военной мощи и территории, ревниво наблюдали за конкурентами и их успехами. Слишком успешным ортодоксальным коммунистам, направляемым Москвой, порой откровенно вредили, препятствуя возвышению. В таких условиях отсутствовали жизненно необходимые иерархические структуры. Итог оказался закономерным.

Испанское поле экспериментов
Гражданская война на Пиренейском полуострове стала своеобразным прологом к грядущей мировой бойне. Она закончилась в апреле 1939-го, а уже 1 сентября началась Вторая мировая. И конечно, лидеры супердержав, СССР и Германии, оказывавших помощь противоборствующим сторонам конфликта в Испании, просчитывали дальнейшие военно-стратегические перспективы, взвешивали балансы сил в предвоенной Европе…

— В Испанию направлялось новейшее оружие: танки Т-26, Pz-1, самолёты и т. д. Насколько всё-таки правомерно рассматривать Испанию как полигон для обкатки вооружения с последующей корректировкой эксплуатационных характеристик? Не задумывались ли СТАЛИН и ГИТЛЕР, что всё это потребуется в куда более масштабной мясорубке пять лет спустя?

— Безусловно, Испания в период гражданской войны предстала крупнейшим полигоном, где совершенствовали оружие, технику и методы грядущего мирового конфликта. Военные всего мира не упускают случая потренироваться за чужой счёт в реальных боевых условиях. Это аксиома. Испанское братоубийство исключением не стало. Нацисты именно на просторах полуострова обкатали технологии «блицкрига». Наши специалисты подметили собственные и вражеские сильные и слабые стороны. В результате гитлеровский вермахт обрёл характерные черты поработителя Европы. РККА нащупала методики грядущей Великой Победы.

— В основе каждого политического конфликта — всегда экономические противоречия. Каковы были итоги войны в Испании с точки зрения экономики и рынков сбыта?

— Испания — ближняя сырьевая «кладовка» Европы, и по итогам конфликта она переориентировалась на Третий рейх. Ртуть Альмадена, конструкционная сталь Басконии, вольфрам, свинец и цинк Иберики были предоставлены к услугам Берлина. Сырьевая база Гитлера упрочилась. При этом полного экономического разворота всё же не последовало. Испанские рынки остались зависимыми от зерна, нефтепродуктов и множества других товарных наименований, предоставляемых англосаксами. Во многом именно данное обстоятельство двойной экономической зависимости предопределило формальный нейтралитет франкистской Испании в 1939-1945 гг.

— В наши дни многие исторические фигуры, даже откровенно одиозные, подвергаются ревизии, а с расстояния в многие десятилетия даже кажутся привлекательными. Денис Михайлович, что с Франко?

— Испанский генералиссимус и каудильо Франсиско Франко Баамонде, с моей точки зрения, — властолюбец, тиран и лицемер, но, как порой случается в истории, власть этой малопривлекательной личности оказалась для Испании меньшим злом. Властолюбие Франко остановило фашизацию Испании, когда популярные конкуренты — германофилы-фалангисты — поэтапно отправлялись во франкистские застенки. Лицемерие и чёрная неблагодарность каудильо позволили ему поводить за нос Гитлера, всю войну прождавшего возврата Испанией моральных долгов.

Франкистский тиранический режим оказался долговечным и закономерным образом способствовал реализации долгосрочных социальных и экономических проектов, что, в свою очередь, позволило стране обратить вспять неблагоприятные тенденции, довлевшие над Испанией более века. Таким образом, реализовывалась единственная позитивная черта в характере случайного вождя испанских национал-традиционалистов, а именно эгоистичная любовь к своей стране и народу. Франко говорил, что его стремлением было возвращение испанцам национальной гордости и веры в собственные силы. На данном поприще он, пожалуй, пре­успел, обеспечив стране 35 лет устойчивого и последовательного развития, — подчеркнул Денис Креленко.

P. S. Другое дело, что для выравнивания накренившейся к краю бездны страны, как водится, был сброшен страшный «балласт». Сотни тысяч человеческих жизней. Отчалили в далёкий Советский Союз и три тысячи испанских детей, оказавшиеся в Москве, Ленинграде, а с началом Великой Отечественной войны — и у нас в Саратовской области. А многие — там, в Испании — просто сгинули, не дождавшись 35 лет последовательного развития… «Иною, нездешней дорогой уйду с перепутья// будить невесёлую память о чёрной минуте». Это гениальный ГАРСИЯ ЛОРКА, расстрелянный франкистами в августе 1936-го.

И это тоже память об испанской войне.

Автор: Антон Краснов Источник: saratov.mk 
 

Оставить комментарий