
“Санчистский триумфализм и словесный понос премьер-министра” (El triunfalismo sanchista y la verborrea del presidente) не имеют ничего общего с реальностью. Увлечение стилем Венесуэлы со стороны правительственного альянса и преследования, которым подвергается испанская компания [Имеется в виду “Ferrovial”, которая хочет выйти из-под испанской юрисдикции, но сталкивается с кознями со стороны государства вплоть до изобретения небывалых налогов], рисуют горизонт, более близкий к латиноамериканскому, чем к европейскому, в который Испания вошла. Огромные государственные расходы, и не только на содержание служащих, угрожающе влияют на будущее Испании.То, что мы не можем продолжать расточительство, – это очевидный факт, но “санчизм” под флагом волюнтаризма на словах рисует такие экономические цифры, которые не что иное, как пустой софизм, – формально кажущееся правильным, но ложное по существу умозаключение, основанное на преднамеренно неправильном подборе исходных положений. Исторический аналог напрашивается сам собой: Ещё классик испанской философии Мигель Унамуно обрушил отрезвляющих “ядовитых жуков” экономической реальности на мягкую диктатуру Примо де Риверы.Как напоминает Лопес Торрентс, в течение следующего десятилетия на пенсию уйдут 50% государственных служащих. Это уникальная возможность резко сократить их количество и ввести политику жесткой экономии государственных расходов, которая выведет Испанию на путь жизнеспособности. Я не уверен, что это решение будет принято. Если следующей осенью он победит на выборах, санчизм будет усилен венесуэльской методикой правления (fórmulas venezolanas). Но если Народная партия [оппозиционная] победит, возможно, мы увидим всё то же самое, только в ещё более сгущённом виде, потому что в Испании партии, – почти все партии, – ставят партийные интересы превыше общественного блага и стали агентствами по трудоустройству своих однопартийцев, по раздаче государственных благ родственникам, друзьям и тем, кто “по блату” (partidarios, parientes, amiguetes y enchufados.).“Испания в эти годы поддерживалась Европейским центральным банком. Без этого финансового учреждения, которое выкупило у нас государственный долг, мы были бы не в состоянии платить по счетам. Наша страна имеет структурный дефицит в размере 4-5%, несмотря на исторические максимумы налоговых поступлений, в сочетании с задолженностью по отношению к ВВП может достичь 120% (El Banco de España advierte de que la deuda pública subirá al 120% del PIB en 2040 si no se toman medidas de ajuste), что делает Испанию экономикой, у которой нет фундамента, и взять эту опору негде».












