Вечер, который должен был стать праздником, обернулся для семьи Харо (Jara) трагедией. Последний разговор с Марио состоялся по телефону: он сообщил родителям, что не успел поесть и собирается купить себе перекус в вагонной буфетной. В этот момент никто не мог представить, что поезд Alvia 2384, на котором он возвращался домой после экзамена на должность помощника в пенитенциарной службе, станет для него последним.
Дома его ждала мать с тортом и зажженными свечами — Марио исполнилось 42 года. Но вместо праздника семья оказалась в эпицентре кошмара, который длился больше двух суток. Родители, Чаро и Мигель, провели бессонные ночи в ожидании хоть какой-то информации. Утро среды началось для них с поездки в Центр гражданской поддержки в Кордове (Córdoba), где собирались все, кто искал своих близких. Только спустя несколько часов им сообщили: ДНК сына совпало с одним из тел, найденных в искореженных вагонах.
Потерянные надежды
С каждым часом число опознанных жертв росло. К утру среды криминалисты Гражданской гвардии подтвердили личности 26 погибших. Но сообщения для семей поступали медленно, словно капли воды в пустыне. Родители Марио, покидая центр, отправились в анатомический институт. Мать не сдерживала слез, а отец вспоминал, как в ту роковую ночь, занимаясь спортом, получил звонок о крушении. Он сразу сел за руль и поехал из Севильи в Уэльву (Huelva), не переставая звонить сыну. Телефон молчал. С каждой минутой надежда таяла, уступая место страху и отчаянию.
Марио родился в Кордове, но с трех лет жил в Уэльве. Отец описывает его как доброго и высокого парня, но слова застревают в горле — слишком тяжело говорить о том, кого больше нет.
Числа и судьбы
Официальные данные обновляются раз в сутки. В больницах Андалусии остаются 37 пострадавших, среди них четверо детей. Число погибших достигло 42, после того как спасатели извлекли из вагонов еще три тела. За ночь новых жертв не обнаружили. Но для многих семей ожидание не закончилось — они продолжают надеяться, что их близкие найдутся живыми, хотя с каждым часом вера становится все слабее.
В Центре гражданской поддержки в Кордове царит тяжелая атмосфера. Люди, потерявшие связь с родными, ждут новостей за холодными стенами, цепляясь за любую крупицу информации. Для них время остановилось, а каждый новый день приносит только боль и неопределенность.
Ожидание без конца
Семья Науал (Nawal) не теряет надежды узнать о судьбе Ямилы (Yamila), которая ехала в восьмом вагоне поезда Iryo. Женщина провела выходные в Малаге (Málaga) с мужем, который работает там, а сама живет в Мадриде. Именно этот вагон оказался среди тех, что сошли с рельсов и были смяты локомотивом встречного поезда. Каждый час без вестей превращается для семьи в пытку. Они ночуют в отеле, а дни проводят в центре, ожидая хоть какого-то известия.
Когда Науал сообщили, что все раненые уже опознаны, она потеряла сознание. Для многих родственников это стало последней надеждой, которая рухнула в одно мгновение. Ожидание, наполненное страхом и отчаянием, стало самой тяжелой частью этой трагедии.
Психологическая поддержка
В такие моменты особенно важна помощь специалистов. Мать Марио благодарит сотрудников Красного Креста за поддержку, которая помогает пережить невыносимое. Но никакие слова не способны заглушить боль утраты. Семьи продолжают ждать, надеяться и бояться услышать самое страшное.
Трагедия в Адамусе (Adamuz) стала испытанием не только для пострадавших, но и для всех, кто ждет новостей о родных. Ожидание — самая жестокая пытка, когда каждый звонок может изменить жизнь навсегда.
