“Испанский сапог” и прочая анти-чертовщина, ставшая тогда наваждением

540 лет назад, 27 сентября 1480 года была учреждена инквизиция в Испании

Рождение демонологии

Когда в жизни человечества появились ведьмы и колдуны, толком не знает никто. В каком-то виде эти служители низших богов существовали и в первобытной древности, и в античности, пользуясь временами известным почетом, а временами вызывая страх соплеменников. Но после победы в Европе христианства отношение к таким людям начало радикально меняться.  Епископ Ириней Лионский во II веке ввел в христианскую экзегезу само понятие дьявола, а Аврелий Августин Блаженный спустя два столетия с точностью установил, что некоторые люди покидают лоно церкви и начинают общаться с демонами и самим их хозяином — Сатаной. Как ни странно, первоначально обвинение в колдовстве не рассматривалось как что-то страшное. Августин в своих трудах подчеркивал, что демоны бессильны творить реальность (в отличие от ангелов), поэтому все вступающие с ними в контакт лишь предаются самообману — даже если сами искренне верят, что наслали порчу на урожай и сглаз на соседей.  В разгар «темных веков» и высокого Средневековья наказанием за ведовство обычно становилось публичное покаяние, а о массовых кампаниях против колдунов и их приспешников речь вообще не шла. Созданную в 1215 году инквизицию выявление ведьм интересовало мало, а  в 1258 году папа Александр IV вообще прямо запретил ей заниматься такими мелочами. Однако постепенно церковь изменила свое отношение к этому вопросу, и уже в 1326 году инквизиции вернули право расследовать ведьмовские процессы. Сами дьяволопоклонники отныне рассматривались как способные реально воздействовать на материальный мир вокруг них — с помощью адовых сил, естественно. Впрочем, до начала XVI века, то есть как раз в те столетия, когда католическая церковь была на пике своего могущества, число подобных процессов было относительно невелико.  Известный американский медиевист доктор Ричард Киркхефер в своей работе European Witch Trials («Европейские ведовские процессы») утверждает, что с 1326 по 1500 год на территории всей Европы зафиксировано в общей сложности 702 документально подтвержденные казни за ведовство. 137 приговоров было вынесено церковными трибуналами, остальные светскими властями.Ситуация коренным образом изменилась в 1484 году, когда папа Иннокентий VIII в булле Summis desiderantes affectibus («Всеми силами души») благословил охоту на ведьм с официальных позиций Святого престола. Следом появился целый ряд религиозных трактатов, сформировалось даже особое направление теологии — демонология. Одно из самых ранних и знаменитых произведений такого рода — изданный в 1487 году Malleus Maleficarum («Молот ведьм») монахов-доминиканцев Якоба Шпренгера и Генриха Инститориса.  За последующие годы этот ученый труд выдержал 29 изданий и использовался во множестве судебных допросов. В XVI — начале XVII века появляются не менее популярные «О демономании ведьм» Жана Бодена, «Демонология» английского короля Якова I, «Демонолатрия» Николя Реми. В этих трудах людям противостоят потусторонние дьявольские силы и их слуги — ведьмы и колдуны. Они маскируются под обычных обывателей, на деле же строят человечеству всякие каверзы — насылают мор и неурожай, травят скот, соблазняют благочестивых мужей и монахов и т.д.  По ночам ведьмы предаются разгулу на шабашах — пируют, развратничают, приносят в жертву Люциферу невинных младенцев и т.д. Описания в трактатах демонологов были яркие, чрезвычайно подробные и доходчивые, с массой сочных деталей и в то же время практически не дающие возможности оправдаться — ведь презумпция невиновности отсутствовала в феодальном и каноническом праве. Попробуй докажи, что ты не летала на метле в полночь, когда вся деревня уверенно показывает обратное!  Зато вполне конкретно описывались методы выяснения истины (испытания) и наказания за колдовство, что делало эти трактаты, по сути, источниками права.

«Несть числа проискам дьявола»

Неформальным центром борьбы с приспешниками дьявола стали Германия и Швейцария, затронула она Францию, Шотландию, в меньшей степени Англию и Скандинавию, а вот в Италии и Испании массовых процессов не наблюдалось. Впрочем, на Пиренеях инквизиции было не до ведьм — ее силы были поглощены охотой на евреев и мусульман.  В Восточной Европе ведовские процессы не получили широкого распространения, хотя отдельные случаи отмечены практически во всех католических странах.  Православный мир тоже «переболел» этой заразой, хотя и не так серьезно — известно о 258 процессах над ведьмами в России в XVI–XVIII веках, примерно в сотне из которых применялись пытки.Большинство историков-медиевистов сходится в том, что причину «охоты на ведьм» стоит искать в убеждениях простых людей, которые церковь и светские власти использовали в своих интересах. А вот отчего в европейском обществе возникло такое внутреннее напряжение и ненависть к ближним, остается предметом научных дискуссий.  Возможно, причина в том, что для стабильности общества был нужен некий «враг», которого можно было объявить источником всех бед. Наличие такого врага всегда сплачивает людей и укрепляет их лояльность к властям, которые с удовольствием подыграли народным настроениям. Косвенно такая точка зрения подтверждается тем, что одновременно с «охотой на ведьм» усилились гонения на евреев, гомосексуалистов, прокаженных и т.д.  Некоторые исследователи (например, Ю.М. Лотман) связывают процессы с началом эпохи Возрождения — «серое» большинство не понимало духовных и культурных исканий «людей Ренессанса», что «выбивало у них почву из-под ног» и вызывало озлобление. Здесь важно отметить, что «охота на ведьм» шла как в католических регионах, так и в областях, охваченных реформацией, — в этой борьбе протестанты и католики выступали союзниками.

Колдуны и ведьмы, суть злое дьявольское отродье, они крадут молоко, навлекают непогоду, насылают на людей порчу, силу в ногах отнимают, истязают детей в колыбели… понуждают людей к любви и соитию, и несть числа проискам дьявола

Видимо, определенную роль сыграл и гендерный аспект: средневековое общество было мужским, но с XVI века роль женщины стала возрастать, особенно в городах. Это вызывало возмущение у реакционной части общества, которое могло трансформироваться в жестокость по отношению к женщинам. С другой стороны, среди осужденных в колдовстве не менее трети составляют мужчины, а в некоторых регионах, например в Нормандии, Скандинавии и, кстати, в России, среди обвиненных в союзе с дьяволом они даже преобладали. А вот обвинителями на процессах часто выступали как раз женщины. Скорее всего, единой причины ведовских процессов не существует, это большой комплекс возникших на сломе эпох проблем, которые человечество решало столь странным образом. Но факт остается фактом — эта «охота» стоила Европе от 60 до 100 тыс. жизней в большинстве своем абсолютно ни в чем не повинных людей.

«Купание ведьм» и «испанский сапог»

Судьями на процессах могли выступать как монахи-инквизиторы, так и светские чиновники. Процессы обычно шли партиями, когда в город приезжала специальная комиссия, которая собирала и рассматривала доносы. Причины для обращений в нее были самые разные: от искреннего подозрения в колдовстве до желания устранить конкурента (любовника, любовницу, жену, мужа) или соображений чисто меркантильных, поскольку часть имущества осужденного получал доносчик.  Поначалу судьи вели с обвиненным душеспасительные беседы, пытались выяснить подробности и соучастников — считалось, что слуги дьявола не могли действовать в одиночку. Если обвиняемый отрицал свои прегрешения, это считалось «упорством в ереси», что отягчало вину. Тогда переходили к пыткам.Стандартной в некоторых странах и весьма характерной процедурой было «испытание водой», называемое также «купанием ведьм». Жертве связывали крест-накрест руки и ноги (большой палец левой руки к большому пальцу правой ноги и наоборот), обвязывали тело веревкой и бросали в воду. Если жертва не тонула, то признавалась ведьмой, ибо вода — материя, используемая для крещения — не принимала ее. Допрос с пристрастием мог длиться часами, а порой и днями. Начинался он с использования тисков или специальных металлических приспособлений, в которых обвиняемому постепенно сжимали пальцы, вначале поодиночке, а затем все вместе.  Если обвиняемый упорствовал, палач надевал на него «испанский сапог» — деревянную колодку на струбцинах, которую от вопроса к вопросу всё туже затягивали, пока кость не ломалась. Любили гонители колдунов изобретенный в Германии «стул ведьмы» (Hexenstuhl) — сооружение с железным сиденьем, усеянным шипами. Жертву сажали на него на несколько часов или дней и приковывали руки, чтобы она не могла встать. В некоторых случаях сиденье нагревалось огнем, чтобы причинить дополнительные мучения. Того, кто продолжал настаивать на своей невиновности и не выдавал сообщников, вздергивали на дыбе — способ, который мог быть ужесточен подвешиванием к телу обвиняемого различных грузов. Не менее мучительным было растягивание тела с помощью веревочных лебедок.  Арсенал палачей не оставлял жертвам шансов, а признание было единственным способом прекратить нечеловеческие страдания. В этом случае истязания прекращались… до момента казни, обычно сожжения на костре.

«Безумие людской злобы»

Германия от «охоты на ведьм» пострадала особенно сильно, чему есть множество свидетельств. Так, в саксонском городе Кведлинбурге с населением 12 тыс. человек за один только день 1589 года были сожжены 133 «ведьмы». В свободном городе Кельне за десяток лет было уничтожено около тысячи человек.Вот свидетельство каноника собора в Трире Иоганна Лидена:

«Мало кто из обвиненных избегал наказания. Даже проживавшие в Трире администраторы не избежали этой участи. Так, были сожжены судья, два бургомистра, несколько советников и помощников судей. В этой катастрофе погибли каноники различных коллегиальных церквей, приходские священники, сельские дьяконы. Безумие людской злобы и судов, алчущих крови и добычи, распространилось так широко, что едва ли остался кто-либо, не затронутый подозрением в этом преступлении»

В Силезии энтузиасты сконструировали печь, в которой за 1651 год были сожжены 42 человека, включая двухлетнего ребенка. В Теттванге (земля Вюртемберг) в 1608 году почтенный отец семейства умер в тюрьме от пыток, его жену истязали 11 раз, пока она не призналась, а их 12-летнюю дочь в течение целого дня пытали с такой жестокостью, что сам палач только через десять недель решил, что она достаточно поправилась, чтобы выдержать дальнейшие истязания.

Кажется, вовлечено полгорода: профессора, студенты, изучавшие право, пасторы, каноники, викарии и монахи уже арестованы и сожжены. Семьдесят семинаристов готовились принять сан у его преосвященства; один из них, одаренный музыкант, вчера был арестован, двух других искали, но им удалось бежать. Канцлер с супругой и жена его личного секретаря уже схвачены и казнены. На Рождество Пресвятой Богородицы (7 сентября) казнили воспитанницу князь-епископа, девятнадцатилетнюю девушку, известную своей набожностью и благочестием. Я видел обезглавленного и сожженного каноника Ротензаэ. Трех-четырехлетних детей объявляли любовниками дьявола. Сжигали студентов и мальчиков благородного происхождения от девяти до четырнадцати лет. В заключение скажу, что дела находятся в таком ужасном состоянии, что никто не знает, с кем можно говорить и сотрудничать

«Никогда больше»

«Демономания» охотников на ведьм продолжалась до XVIII века. В Европе последняя ведьма была казнена в Швейцарии в 1782 году, а последний приговор за ведовство (довольно мягкий — 200 розог и шестилетнее изгнание) был вынесен в Испании в 1820-м.  Единого момента окончания «охоты на ведьм» установить нельзя, но рано или поздно в каждом регионе находился правитель, запрещавший эти процессы. А вот церковь от своих убеждений не отказывалась, во всяком случае официально. Лишь в конце XX века в Ватикане началась дискуссия о том, насколько правомерными были деяния инквизиции, тень от которых неизбежно ложится на всю римско-католическую церковь. Многие иерархи и церковные мыслители продолжали считать, что нельзя подходить к оценке событий прошлого с позиций современной морали. Ведьмы и колдуны были для людей XVI века абсолютной реальностью, и многие искренне верили, что умерщвляя тело грешника, можно спасти его душу. И тогда, не дожидаясь единодушия консистории,  папа Иоанн Павел II взял ответственность на себя. В 1982 году он извинился за «ошибки инквизиции», впоследствии несколько раз осудив ее за «нетерпимость и даже насилие в служении правде». В 1984 году понтифик принес извинения за «грубые ошибки» миссионеров и насилие по отношению к индейцам. В 1985 году попросил прощения у африканцев за жестокое обращение с ними колонизаторов. В 1992 году публично принес извинения покойному Галилео Галилею, объявил решение инквизиции ошибочным и реабилитировал ученого, вернув ему «право быть законным сыном церкви». Затем были реабилитированы Джордано Бруно, Савонарола, Ян Гус и Мартин Лютер.Папа продолжил извиняться все оставшиеся годы своего понтификата — благо в истории римской церкви хватает эпизодов, за которые многим ее служителям было стыдно даже в те времена, когда вершились те темные и грязные дела, от гонений на евреев до пособничества фашистам.  Наконец, 12 марта 2000 года папа провел торжественную мессу Mea Culpa («Моя вина») в соборе Святого Петра в Ватикане, от лица церкви покаявшись за нетерпимость и насилие, совершенные в отношении инакомыслящих. По словам папы, он «молит прощения у Бога за несправедливость, которую допустили за прошедшие столетия христиане». На торжественной литургии в соборе Святого Петра понтифик обнял и поцеловал распятие, а затем несколько раз произнес «никогда более».

Никогда более служение истине не войдет в противоречие с любовью к ближнему; никогда более не будет действий против единства церкви; ни один народ никогда более не будет обижен; больше никогда церковь не прибегнет к методам насилия; никогда более не позволит себе дискриминации, репрессий, презрения к бедным и обездоленным

Иоанн Павел II скончался в 2005 году, после чего дискуссия вспыхнула с новой силой. Точка в ней не поставлена до сих пор, скорее можно сказать, что это стало делом совести каждого отдельного последователя римской церкви и решается на личном уровне.  Именно так в 2011 году по инициативе священника Хартмута Хегелера в ФРГ началась работа по реабилитации жертв охоты на ведьм, ведь для того, чтобы попросить прощения и реабилитировать, сначала нужно установить имена погибших, что не всегда просто. В работе принимают участие и светские власти, которые и в злополучных процессах играли значительную роль. Более чем в 50 немецких городах, включая Кельн и Лейпциг, уже составили списки казненных и установили в их честь мемориальные доски и памятники, а в некоторых местах даже переименовали улицы. Теперь дошла очередь и до баварского Айхштетта.