Премьер-министр Испании Педро Санчес (Pedro Sánchez) посетил Мавританию, где подтвердил необходимость гуманного и контролируемого подхода к миграционному вопросу, повторив заявления, сделанные им год назад. В августе 2024 года он уже подчеркивал важность разработки механизмов, позволяющих управлять миграционными потоками безопасно и упорядоченно. Однако конкретных результатов по ранее озвученным обязательствам, включая подготовку кадров в странах происхождения мигрантов, до сих пор не наблюдается.Испанские власти знакомы с эффективными методами борьбы с нелегальной миграцией, которые успешно применяет, например, итальянский премьер Джорджа Мелони (Giorgia Meloni). Эти меры включают жёсткую борьбу с преступными группировками, ужесточение наказаний за торговлю людьми, ограничение деятельности коммерческих неправительственных организаций, усиление контроля на границах и реализацию проектов в странах отправления мигрантов.При этом у Санчеса есть серьёзная проблема — позиция короля Марокко (Rey de Marruecos), который готов финансировать перемещение субсахарских мигрантов к испанской границе. В таких условиях правительство, поддерживаемое партиями с ксенофобскими взглядами, не способно выработать эффективную миграционную стратегию.Оппозиционный лидер Альберто Фейхоо (Alberto Núñez Feijóo) в свою очередь выступает с более жёсткой позицией. Он осознаёт риски, связанные с попытками использовать миграционный вопрос для политической выгоды, и стремится привлечь голоса избирателей, поддерживающих правые партии, в том числе Vox. В парламенте Фейхоо заявил, что существует только два варианта — либо он, либо Санчес, намекая на необходимость формирования правительства без коалиций.В рамках своей программы Фейхоо предлагает депортировать нелегальных мигрантов, совершивших преступления. Однако даже эта, на первый взгляд, разумная мера сталкивается с трудностями, поскольку среди нарушителей могут быть несовершеннолетние или родители, что усложняет процесс высылки.Современная правая политика в Европе, зародившаяся в 1990-х годах в Нидерландах, Бельгии и Австрии, изначально позиционировала себя как либеральная, выступая против мультикультурализма и исламского влияния, которые, по их мнению, угрожают правам женщин, ЛГБТ-сообществ и ценностям Просвещения. Сегодня радикальные правые партии связывают миграцию с ростом преступности, что способствует распространению ксенофобии и укреплению ультраправых группировок. Такая риторика создает атмосферу страха и разделения, формируя ложное представление о том, что преступления совершают этнические группы, а не отдельные личности.Испанский город Торре-Пачеко (Torre Pacheco) с населением чуть более 40 тысяч человек и тремя мечетями стал своеобразной площадкой для столкновений между экстремистами и местным населением. Однако основное напряжение сосредоточено в Каталонии (Cataluña), где националистические и ксенофобские настроения усиливаются. Здесь активно эксплуатируются лозунги вроде «Espanya ens roba» («Испания нас грабит»), что поддерживается и правительством Санчеса через налоговые соглашения, а также усиливается в районах, таких как Орриольс (Orriols), где популярность политиков растет на волне двойной порции ксенофобии и нативизма, направленных против мигрантов и даже испанцев.
