Прошел ровно год с момента, когда Валенсия столкнулась с одной из самых тяжелых катастроф в своей истории — масштабными наводнениями, унесшими жизни сотен людей. Несмотря на прошедшее время, судебное расследование, инициированное судьей из Катаррохи (Catarroja), не только не завершено, но и набирает обороты. В центре внимания — возможная халатность и ошибки в действиях чиновников, отвечавших за управление кризисом.
Вместо того чтобы опереться на официальные отчеты региональных властей, судья шаг за шагом восстанавливает картину событий, анализируя работу различных государственных структур. Этот процесс вызвал бурную реакцию в политических кругах: некоторые представители власти и СМИ обрушились с критикой на судью, обвиняя ее в предвзятости и политических мотивах. В то же время, те, кто обычно ратует за независимость судебной системы, предпочли промолчать.
Ключевые фигуры и спорные решения
Недавно провинциальный суд разрешил допросить человека, с которым президент автономии Карлос Мазон (Carlos Mazón) провел обед в разгар кризиса, вместо того чтобы участвовать в заседаниях правительства. Именно в эти часы стихия достигла пика, а число жертв резко возросло. Однако с юридической точки зрения доказать вину конкретных лиц крайне сложно. Речь не идет о неком абстрактном «провале» в работе госаппарата — такого состава преступления просто не существует. Следствие должно установить, был ли каждый отдельный случай гибели результатом грубой неосторожности со стороны конкретного чиновника.
Судебное разбирательство указывает на то, что главная ответственность за принятие решений лежала на тогдашней советнице по вопросам юстиции и внутренним делам Саломе Прадас (Salomé Pradas). Президент региона мог бы понести уголовную ответственность только в случае, если бы доказали, что он лично взял на себя функции советника и принимал ключевые решения.
Пробелы в системе оповещения
В отличие от природных катастроф, которые невозможно предотвратить, последствия можно было бы смягчить, если бы вовремя сработала система экстренного оповещения. Однако тревожное сообщение поступило слишком поздно — уже после того, как многие люди погибли. Несмотря на красный уровень опасности, объявленный метеослужбой с утра, населению не объяснили, как действовать: вместо призыва искать безопасные возвышенности, людей просто попросили не покидать дома.
Тем не менее, даже если признать, что оповещение было организовано из рук вон плохо, для возбуждения уголовного дела по каждому из 229 случаев гибели необходимо доказать, что человек мог бы выжить, получи он своевременное предупреждение. Закон требует установить, что у погибшего был при себе включенный телефон и что он бы последовал инструкции, если бы ее получил.
Политика против ответственности
За прошедший год ни один из высокопоставленных чиновников не взял на себя ответственность за трагедию, за исключением отставки советницы. Вместо этого политические оппоненты обвиняют друг друга, а реальные причины и последствия катастрофы остаются в тени. Примеры из других стран показывают: система оповещения может работать эффективно, если к этому есть воля.
Ситуация в Валенсии наглядно демонстрирует старую проблему испанской политики — нежелание признавать политическую ответственность, если нет прямого состава преступления. Подобные истории уже случались в регионе, когда чиновники продолжали карьеру, несмотря на скандалы и даже уголовные дела, если суд не находил состава преступления. В итоге, если нет обвинительного приговора, никто не считает нужным отвечать за свои решения.
