В Audiencia Nacional в Мадриде бывший премьер-министр Mariano Rajoy дал показания по делу, связанному с экс-казначеем партии Bárcenas. На слушаниях Rajoy подчеркнул, что его отношения с Bárcenas ограничивались профессиональными вопросами, а обвинения в уничтожении документов назвал безосновательными. В ходе допроса он неоднократно отрицал свою причастность к действиям, которые ему вменяют, и настаивал на отсутствии личной заинтересованности в деталях расследуемых эпизодов.
Позиция Rajoy на слушаниях
Rajoy, отвечая на вопросы суда, несколько раз повторил, что не был осведомлен о деталях полицейских операций, связанных с Bárcenas и его семьей. Он отметил, что не считает возможным для министра внутренних дел контролировать каждое действие полиции по всей стране. На уточняющие вопросы о переписке с Bárcenas, в том числе о сообщении «Luis, sé fuerte», экс-премьер ответил, что видел этот текст в СМИ на протяжении многих лет и допускает, что мог его отправить, но другие сообщения не помнит или не признает своими.
Разрыв с Bárcenas и детали дела
Rajoy сообщил, что прекратил любые отношения с Bárcenas после того, как стало известно о наличии у последнего значительных средств на счетах в Швейцарии. По словам бывшего премьера, дальнейшее общение не представлялось возможным. Он также рассказал о случаях кражи своего мобильного телефона, что, по его мнению, могло привести к появлению странных сообщений, приписываемых ему. Rajoy подчеркнул, что Bárcenas «не был trigo limpio» и часто жаловался на отсутствие поддержки со стороны партии.
Реакция и атмосфера в зале суда
Во время слушаний Rajoy сохранял спокойствие, иногда проявляя легкую нервозность. Его манера отвечать на вопросы — кратко и сдержанно — стала предметом обсуждения среди присутствующих. В зале возникали споры между председательствующей и адвокатами, что позволило Rajoy отвлечься и наблюдать за происходящим. Он не скрывал удивления некоторыми вопросами, подчеркивая, что не следил за каждым шагом бывшего казначея и не мог контролировать все процессы внутри партии.
Контекст и сравнения
История с публичным признанием Rajoy своей роли и дистанцированием от Bárcenas напоминает другие громкие случаи в испанской политике, когда личные отношения и внутренние конфликты выходили на первый план. Подобные ситуации уже обсуждались в СМИ, например, в материале о судьбе Федерико Прата, где также поднималась тема разрыва личных и профессиональных связей — подробнее об этом можно узнать в публикации о жизни Федерико Прата в Кадисе.
