Трагедия DANA, унесшая жизни 230 человек, вновь оказалась в центре внимания испанского общества. Вопросы о том, кто несёт ответственность за провалы в управлении чрезвычайной ситуацией, приобрели особую остроту после недавнего заседания сенатской комиссии. Для жителей Валенсии и всей страны эта история стала символом того, как политические разногласия могут влиять на судьбы людей и эффективность работы государственных структур.
Впервые за пятнадцать месяцев после начала расследования представители Народной партии (PP) вызвали на допрос в Сенате Пилар Бернабе (Pilar Bernabé), делегата правительства в Валенсийском сообществе. До этого ни один чиновник регионального уровня не появлялся в зале заседаний на третьем этаже здания. Бернабе, которой предстоит баллотироваться на пост мэра Валенсии, оказалась в эпицентре политического давления и публичных обвинений.
Обвинения и ответы
Сенатор от PP Луис Хавьер СантаМария (Luis Javier Santamaría) начал допрос с резких заявлений. Он обвинил Бернабе не только в провале управления во время DANA, но и в сокрытии информации о случаях сексуальных домогательств внутри PSOE, напомнив о её роли секретаря по вопросам равенства. СантаМария утверждал, что именно из-за действий Бернабе министр науки Диана Морант (Diana Morant) не связалась с военным Франсиско Хосе Ган Пампольсом (Francisco José Gan Pampols), который отвечал за восстановление после катастрофы.
«Вы не захотели отвечать за свои действия», — заявил сенатор, прямо возложив на Бернабе ответственность за гибель 230 человек. В ответ она резко возразила: «Не смейте так говорить. Если бы нас предупредили заранее, мы бы приняли меры. Если бы кто-то раньше собрал Cecopi (центр координации чрезвычайных ситуаций), всё могло бы начаться на пять часов раньше».
Политические перепалки
СантаМария не остановился на этом и продолжил наступление: «Что вы почувствовали, когда президент Санчес сказал: если нужны ресурсы — просите их?» На что Бернабе парировала, напомнив о скандалах в PP и заявив, что это лишь первый из множества фейков, которые она намерена опровергнуть. Она зачитала полную цитату Санчеса, где тот обещал предоставить все необходимые ресурсы по первому требованию, включая 5 000 военных.
Сенатор обвинил её в манипуляции и потребовал отвечать только на его вопросы. Затем он перешёл к обсуждению биографии Бернабе, обвинив её во лжи относительно образования и опыта. Она ответила, что все её официальные данные достоверны, а ошибки в публикациях были исправлены благодаря её же заявлениям.
Детали трагедии
В ходе заседания возникли вопросы о действиях Бернабе в день катастрофы. Сенатор напомнил, что 29 октября она должна была быть в Кордове на встрече делегатов правительства, но, по её словам, поездка была отменена из-за экстренной ситуации. PP потребовал предоставить доказательства отмены билета. На заседании Cecopi она присутствовала дистанционно, находясь в здании делегации в Валенсии.
Бернабе подчеркнула, что координация между администрациями — задача правительства Валенсийского сообщества, и никто из региональных чиновников не связывался с ней напрямую. Она сама инициировала звонки и рекомендовала обратиться к военным для помощи в Утиеле (Utiel). СантаМария упрекнул её в отсутствии созданной комиссии по расследованию трагедии, на что Бернабе ответила, что соответствующий указ был принят только на прошлой неделе Советом министров.
Критика действий властей
Сенатор также обвинил делегата в том, что не была своевременно перекрыта автотрасса A3, что могло бы спасти жизни. Бернабе признала, что ключевой проблемой стала именно организация реагирования в первые часы. Она рассказала, что в разгар трагедии глава службы по чрезвычайным ситуациям отправилась в Карлет (Carlet) ради фотосессии с пожарными и профсоюзами, в то время как уже были пропавшие без вести, включая водителя грузовика из Алькудии (Alcúdia).
По её словам, эти часы оказались решающими, а попытки некоторых чиновников «выглядеть хорошо» на фоне катастрофы вызывают недоумение. «Лгать не запрещено, но и не обязательно», — добавила она, комментируя поведение коллег.
Эмоции и последствия
Заседание завершилось на высокой ноте: СантаМария, не дождавшись окончания обсуждения, покинул зал. Вопросы о том, кто и как должен был действовать в критический момент, остались без однозначного ответа. Для многих жителей Валенсии и всей Испании этот конфликт стал очередным напоминанием о том, как политические амбиции и взаимные обвинения могут затмить реальные проблемы и человеческие трагедии.
