В Валенсии продолжается громкое расследование обстоятельств катастрофы, которая в 2024 году унесла жизни 230 человек. Судья из Катаррохи (Catarroja) решила допросить в качестве свидетелей высокопоставленных чиновников, ранее входивших в ближайшее окружение бывшего главы правительства Валенсийского сообщества Карлоса Мазона (Carlos Mazón). Это решение стало новым витком в деле, где на кону — не только политические карьеры, но и доверие к системе управления в чрезвычайных ситуациях.
В центре внимания оказались действия и решения, принятые в самые критические часы наводнения. Судья Нурия Руис Тобарра (Nuria Ruiz Tobarra) сочла необходимым заслушать бывшего заместителя министра юстиции и юриста, который координировал работу юридической службы правительства в разгар бедствия. Поводом для этого послужил анализ внутреннего отчёта, где вскрылись неожиданные детали: оказывается, вопрос о введении режима изоляции населения обсуждался на самом высоком уровне.
Внутренние противоречия
Особое внимание судьи привлекли разногласия в показаниях бывшего руководителя аппарата Мазона — Хосе Мануэля Куэнки (José Manuel Cuenca). В своих двух предыдущих допросах он категорически отрицал, что давал какие-либо указания главной подозреваемой по делу, экс-министру юстиции и внутренних дел Саломе Прадас (Salomé Pradas). Однако предоставленные суду сообщения в мессенджере говорят об обратном: Куэнка прямо советовал Прадас не вводить ограничения для населения. Его короткое сообщение: «Сало, никаких изоляций, пожалуйста. Спокойствие» — теперь стало ключевым элементом расследования.
В ближайший понедельник судья организует очную ставку между Прадас и Куэнкой, чтобы прояснить, кто из них говорит правду. Это редкая для испанской судебной практики мера, но в данном случае она кажется неизбежной: слишком много нестыковок в показаниях, слишком высока цена ошибки. Куэнка уже не единственный из окружения Мазона, кто оказался под пристальным вниманием суда. Ранее были допрошены и другие высокопоставленные чиновники, включая нынешнего президента Жуанфрана Переса Льорку (Juanfran Pérez Llorca), который во время трагедии был парламентским представителем Народной партии (PP) в региональном парламенте.
Ключевые решения
Следствие пытается восстановить цепочку событий и понять, как именно принимались решения в критические часы. Особый интерес вызывает роль так называемого Cecopi — координационного центра, который должен был своевременно информировать население и координировать действия служб. Именно через этот орган была разослана тревожная рассылка, которая, по данным следствия, поступила на телефоны граждан только в 20:11 — когда большинство погибших уже не было в живых. Этот факт стал центральным в расследовании: почему оповещение задержалось, кто несёт за это ответственность, и можно ли было спасти больше людей?
Судья также изучает, как информация, полученная Прадас от других чиновников, повлияла на её решения. Важно понять, был ли у неё полный объём данных для принятия мер, или же кто-то из коллег сознательно или по неосторожности ввёл её в заблуждение. Вопросы остаются и к самому Мазону: насколько он был вовлечён в процесс принятия решений, и почему его ближайшие соратники дают столь разные показания?
Политические нюансы
В расследовании всплывают и политические аспекты. Судья решила приобщить к делу нотариально заверенные сообщения между Мазоном и лидером Народной партии Альберто Нуньесом Фейхоо (Alberto Núñez Feijóo). В этих переписках Фейхоо настойчиво советует Мазону взять на себя инициативу в информировании общественности: «Это ключ. Мэры, провинции — все должны быть с людьми, а ты — держать их в курсе», — пишет он поздно вечером в день трагедии.
Фейхоо предстоит дать показания в суде уже в ближайшую пятницу. Ему придётся объяснить, почему на пресс-конференции спустя два дня после катастрофы он заявил, что Мазон держал его в курсе событий «в режиме реального времени», хотя переписка свидетельствует о другом: обсуждение началось только в день трагедии, и никакой предварительной информации не было.
Вопросы без ответов
Расследование приобретает всё более острый характер. На кону — не только судьбы отдельных чиновников, но и репутация всей системы управления чрезвычайными ситуациями в Валенсии. Судья продолжает вызывать новых свидетелей, чтобы выяснить, кто и когда принимал ключевые решения, и почему столь важная информация доходила до населения с опозданием.
Пока остаётся ощущение, что кто-то из высокопоставленных лиц пытается увести следствие в сторону, запутывая детали и перекладывая ответственность. Но судья не намерена останавливаться: каждый новый допрос приближает к разгадке того, что же на самом деле происходило в те трагические часы. И, возможно, вскоре мы узнаем, кто действительно виноват в том, что сотни людей не были спасены вовремя.
