В исправительном учреждении Зуэра (Zuera) праздничные дни почти не отличаются от обычных. Металлические двери, строгие коридоры, колючая проволока — все это не дает забыть, где ты находишься. Даже украшенная елка на газоне и мишура у входа в социальный павильон выглядят здесь чуждо, словно случайно попавшие в этот мир. Распорядок не меняется ни на Рождество, ни на Новый год: ужин в восемь вечера, а виноградные ягоды, если кто-то захочет, заключенные едят в своих камерах, в одиночестве или с соседями. Телевизор в камере позволяет услышать бой курантов, но атмосфера совсем не праздничная.
Пока за стенами тюрьмы жизнь кипит — люди спешат за подарками, встречаются с друзьями, бегут новогодние забеги, — внутри царит тишина. Многие занятия приостанавливаются, и остается только ждать. «Здесь нужно быть очень сильным», — признается Абдель, который уже шесть лет живет в Зуэре и еще год провел в тюрьме Сан-Себастьяна (San Sebastián). За все это время он не получил ни одного разрешения на выход. «В такие дни особенно тяжело», — говорит он. — «С каждым годом становится привычнее, но все равно грустно. Время уходит, его не вернуть, поэтому стараемся ценить каждый момент, даже здесь». Абдель освоил профессию сварщика, получил школьный аттестат и теперь мечтает поступить в университет. Его цель на 2026 год — начать обучение по специальности токаря-фрезеровщика. Мечты не исчезают даже за решеткой, и самой главной остается свобода.
Женский взгляд
Таня — одна из немногих женщин в Зуэре. Она врач, образованная, элегантная, мама двоих детей. В этом году ей впервые за пять лет разрешили выйти на короткий срок домой. «Возвращаться было тяжело, — признается она, — но я увидела надежду на новые разрешения. Когда прощалась с детьми, сказала им: это только начало». Таня рассказывает, как трудно быть матерью в тюрьме, не иметь возможности заботиться о детях, и как чувство вины становится почти невыносимым. Она спасается учебой — изучает социологию, пишет для тюремного журнала, поддерживает других женщин.
В Зуэре, как и в большинстве испанских тюрем, женщин очень мало — всего 7% от общего числа заключенных. Они живут в отдельном модуле, и Таня считает, что главное — не поддаваться апатии. «Нужно верить, что мы можем что-то изменить, и действовать», — говорит она. Для нее смена года — это не прибавление, а вычитание: «Один год минус, а не плюс».
Время и перемены
Гонсало из Колумбии ждет, когда сможет перейти на третий режим и, возможно, будет депортирован на родину в 2026 году. «Моя жизнь здесь словно поставлена на паузу, но время не останавливается. Мы теряем не деньги, а время — с семьей, в особые дни. Это самое ценное», — делится он. За два с половиной года в Зуэре он впервые получил разрешение выйти на праздник, что дало ему новые силы. Гонсало мечтает вернуться домой и начать все заново, не повторяя ошибок.
Жозе Карлос из Сарагосы (Zaragoza) тоже не хочет возвращаться в тюрьму. Он почти закончил обучение на социального педагога, играет на гитаре и поет в группе «Frecuencia Z», которую создали сами заключенные. В новом году он надеется на перемены: «Хочу двигаться вперед, создавать для себя новые возможности, чтобы не возвращаться сюда. Время оставляет следы».
Труд и поддержка
Социальные работники и педагоги стараются поддерживать заключенных. Мариви и Вики, сотрудники тюрьмы, признаются, что их не хватает: на всю Испанию всего 70 социальных работников в тюрьмах. Мариви мечтает, чтобы в 2026 году персонала стало больше. Их коллега Хулио работает здесь уже 27 лет, прошел все модули, и, возможно, поэтому спокойно относится к одиночеству. Он вспоминает, что не раз встречал Новый год в одиночестве, как и многие другие сотрудники. Вики организует рождественский рынок и выпускает тюремный журнал, считая, что даже в таких условиях важно создавать праздничное настроение. Их задача — помогать заключенным меняться, искать новые пути и не терять надежду.
