В зале суда города Каттароха (Catarroja) разгорается драма, которую не забудут ни политики, ни простые жители Валенсии. Саломе Прадас, бывшая глава департамента юстиции и внутренних дел, оказалась в эпицентре расследования по делу о катастрофе, унесшей жизни 230 человек в 2024 году. В пятницу она заявила, что в самый критический момент не смогла связаться с тогдашним президентом Карлосом Мазоном, чтобы обсудить возможный локдаун. По ее словам, она пыталась дозвониться до него в 19:36, но безуспешно, и лишь спустя несколько минут поговорила с секретарем правительства Кайетано Гарсией.
Прадас подчеркнула, что именно президент должен был принять решение о введении ограничительных мер. Однако, когда связь с ним не удалась, она обратилась к ближайшему окружению главы региона. Этот момент стал ключевым в разбирательстве: кто и когда должен был взять на себя ответственность за судьбы тысяч людей?
Судебный поединок
В понедельник в том же суде Прадас встретилась лицом к лицу с Хосе Мануэлем Куэнкой, бывшим руководителем аппарата Мазона. Судья Нурия Руис Тобарра назначила очную ставку, чтобы выяснить, кто отдавал приказы в разгар бедствия. Куэнка, выступая ранее в качестве свидетеля, уверял, что не давал Прадас никаких указаний по поводу изоляции населения. Но в деле появились сообщения в мессенджере, где Куэнка прямо пишет: «Сало, никакого локдауна», а также подтверждение, что Прадас сообщила ему о первой жертве в Утьеле (Utiel) еще в 16:28.
Куэнка попытался объяснить эти сообщения тем, что они вырваны из контекста. Однако их содержание явно противоречит его прежним словам. Вопрос о том, кто на самом деле руководил действиями в критические часы, остается открытым. Судья отметила, что разночтения в показаниях требуют тщательной проверки, и именно поэтому была назначена очная ставка между двумя ключевыми фигурами.
Гнев и протест
Пока в зале суда разбирались детали, у входа собрались десятки пострадавших и родственников погибших. С плакатами «Ни прощения, ни забвения» и криками «Бессовестные» и «Убийцы» они встречали Куэнку и Прадас. Первый пришел к зданию суда в 9:08 утра, и сразу оказался под градом обвинений. Через несколько минут появилась и Прадас, и ей тоже не скупились на резкие слова. Ни один из них не стал общаться с журналистами, которые ждали их у дверей.
Общественный резонанс вокруг дела огромен. Люди требуют не только справедливости, но и честных ответов: кто виноват в том, что сотни жизней оказались под угрозой, а решения принимались в условиях хаоса и неразберихи?
Документы и противоречия
Судья, ведущая расследование, еще в декабре согласилась на очную ставку по просьбе общественной организации Acció Cultural del País Valencià. Причиной стали новые документы, представленные защитой Прадас: нотариально заверенные переписки в WhatsApp между ней и Куэнкой. Вторая часть противоречий возникла после повторного допроса Куэнки, где он дал совершенно иную трактовку этим сообщениям, утверждая, что они не отражают реального положения дел.
Судья подчеркнула, что такие разногласия нельзя разрешить без прямого сопоставления позиций обеих сторон. Она отметила, что показания Прадас нельзя рассматривать как смесь судебных заявлений, публичных выступлений и слов, сказанных на парламентской комиссии. Только очная ставка может прояснить, кто говорит правду, а кто пытается уйти от ответственности.
Ключевые вопросы
В центре внимания суда — не только личные отношения между бывшими чиновниками, но и сама система принятия решений в условиях катастрофы. Почему в критический момент не удалось связаться с президентом? Кто должен был взять на себя инициативу? И главное — почему сообщения, которые могли бы спасти жизни, остались без ответа?
Судебное разбирательство продолжается, и каждое новое заседание приносит все больше неожиданных подробностей. Общество ждет, когда наконец появятся ясные ответы. Но пока что дело напоминает запутанный клубок, где каждый участник пытается защитить себя, а истина ускользает между строками переписок и публичных заявлений.
